Тусклый Свет Фонарей

Когда в дверь постучали, подумал было, что уже срок пришел и мне собираться, но молодой солдат сказал, что пришла какая-то девушка деревенская и меня просит. Смутившись, я спросил, назвалась ли и кто такая.

«Да, почтенный сянь, сказала, звать её Пэй Чихуа, и что есть у неё что-то очень важное вам сказать, но внутрь пройти отказалась», – ответил солдат.

Сердце моё забилось чаще, я велел передать, чтоб она подождала меня, и, вскоре после того, как боец ушел, оделся и вышел из терема.

Когда у дверей я спросил, который нынче час, мне ответили, что уж стража Свиньи[4] на исходе.

На дворе стояла тёмная и холодная ночь. Снег сыпался уже не крупными хлопьями, а мелкими крупицами и блестел в свете немногочисленных фонарей и окон. У лестницы, зябко ёжась и прижимая что-то к груди, стояла девушка. Приблизившись, я и впрямь узнал в ней Чихуа. Одета она была так же, как и днём, разве что сверху накинула ещё шерстяной плащ с капюшоном, прикрывая голову, обернутую платком.

– Здравствуй, Чихуа. Уже так поздно. Что случилось?

– Здравствуйте, сянь Мэн, – с поклоном отозвалась девушка. – Ничего нового покамест не случилось. Я только хотела побеседовать с вами.

– Теперь? – удивился я.

– Теперь. Никто из моих родичей не знает, что я здесь. Но, ежли вы хотите услышать то, что я хочу вам сказать, надобно торопиться.

Мы встретились взглядом. Столь открыто и дерзко она не глядела на меня, верно, ни разу, и я подумал, что дело у неё и впрямь серьёзное.

Невольно я припомнил слова мастера Ванцзу о том, что она может знать и скрывать нечто важное. Но сам же мастер ждал, что я сменю его на дозорном посту.

– Отчего ты внутрь не желаешь зайти?

– От того, что не желаю, чтобы обо мне потом судачили. К тому же я хочу говорить с вами наедине, без вашего старшего товарища. Попросите того юношу, чтоб никому не говорил, что я приходила, и идёмте со мной.

Поколебавшись, я подумал, что мастер сказал, что сменить его надобно через два часа, а прошло лишь полчаса или чуть поболее того.

Успею ли? Словно прочитав мои потаенные мысли, Чихуа приблизилась и прошептала:

– Время дорого нам обоим, и много его я у вас не отниму. Идёмте, тут недалеко есть укромное местечко, – махнув рукой в сторону околицы, она добавила: – Один-два ли[5], не более того. Мигом обернетесь.

– А ты?

– А мне ведомы тайные тропы. Я тоже не потеряюсь.