Летняя волчица. Книга 2. Зимняя королева

Кого не убили и не ранили, тех повязали.

Вот в пути возможность кого-то спасти вполне может выпасть, но только если налетчики вообще возьмут пленных. Если сюзерен не приказал сровнять тут всё с землей и засеять волчцами.

Дар явно не согласен. Но характерный запах должен уловить и он – двух чужих оборотней в полной силе. Среди налетчиков.

Их самих - тоже двое. Но на их стороне нет довеска в виде полусотни вооруженных людей. В том числе – луками.

Всё это Коннору пришлось кратко изречь вслух. Еле слышным шипением.

Иначе Дар бы не понял. Все-таки непрошибаемым упрямством он пошел в родного отца.

И как же жаль, что к силе, ловкости и клыкам природа не наделила оборотней еще и телепатией!

Увы, кончилось всё быстро. И пленников чужие всадники всё же взяли – и увезли в седлах. Но при этом не разделились. Понеслись прочь общим отрядом. Не тратя времени ни на что. Не отвлеклись ни на спешную пьянку из богатых запасов разгромленных хозяев, ни на немедленное развлечение с прихваченными в плен смазливыми служанками.

Одна надежда – что по пути коней нужно всё же кормить. И им передышка понадобится. Рано или поздно.

Но такая спешка вариантов не оставляет. Значит, или всё же бандиты, или торопились исполнить приказ свыше. И в него входило убраться поживее. Или поживее доставить захваченных к кому-то важному.

В пользу последнего - кого именно уволокли в плен. И дело не в том, что девушек. И не только, что среди них выделяется одна девчонка… то есть дама. Как раз здесь всё может объяснить ее красота.

Поразительная, даже будь ее хозяйка крестьянской дочкой.

Но богатое платье еще и безошибочно выдает знатное происхождение. Девушка выросла в семье высокородного лорда и за знатного же дворянина вышла замуж. В пользу последнего – ее положение. Его уже не скроет и самый широкий наряд.

И вот это уже странно. Значит, ее схватили только как заложницу. Для постельных утех на последнем сроке уже не берут.

Дар рядом только что зубами не скрипит. Уже почти клыками. Готовыми немедля грызть, кусать и рвать вражье горло.

Будь юный кузен в паре не с более осторожным Коннором, а с почти такой же юной и горячей сестрой, - уже оба кинулись бы в праведный бой. В связке.

И вместе погибли бы. Или тоже вляпались в плен.

- Тише, - еле слышно прошипел Коннор. Прямо сквозь собственные клыки. – Нельзя сейчас, Дар!

Всадники умчались далеко вперед. Теперь даже смена ветра не заставит их свернуть.

Дар – один сплошной укор и горький упрек. Явно уже жалеет, что послушался.