Превзойти себя самого. Том 1

Он вдруг улыбается, и от этой мрачной улыбки внутри стынет ци. Колючий взгляд глаз, стальных, как грозовое небо, вдруг становится таким ледяным, и уже невозможно понять, что чувствует сейчас этот парень.

Чэньсин отпихивает её от себя и, улыбаясь чуть шире, грубо толкает коленом в живот. Разочарование. Боль. И кто из них это ощущает теперь?

Ещё одним резким движением Чэньсин выбивает меч из рук девушки. Почти не прилагая усилий, он отталкивается от влажной земли, чтобы в следующий миг пригвоздить к ней её.

Он по-прежнему изящен и ловок, словно бой для него — расслабляющий танец.

— Исподтишка меня пыталась убить? Как интересно. Прими мой совет: для начала научись защищаться.

Цайхуа не успела даже заметить, как оказалась прижатой к земле. Кто такой этот Чэньсин? Как можно быть настолько быстрым, что осмыслить случившееся ей удалось только будучи поверженной полностью?

Прошло мгновение с тех пор, как он её остановил, и теперь она ощущает всем телом острую боль. В последний удар парень вложил часть своей духовной энергии.

Хватило бы трети от всей его ци, чтобы убить Цайхуа. Однако он применил ровно столько, чтобы заставить девушку почувствовать боль и при этом сохранить все её органы в целости. Почему он её пожалел? На душе стало как-то противно.

Она снова позволила чувствам затуманить свой разум. Чем сильнее она старалась их подавить, тем большую опасность влекли за собой вспышки её бесконтрольного гнева. И пока Цайхуа стремилась с собой совладать, вывести её из себя становилось всё легче.

Девушка просто не знала, что с собой делать. Возможно, только из-за этой проблемы она ни на цунь не приблизилась к третьей ступени, которая предполагает полный контроль над эмоциями.

Провожая взглядом спину Чэньсина, просветлённая вновь ощутила ненавистное ей чувство беспомощности. Боевые навыки Лу Цайхуа в сравнении со способностями учеников школы Ли казались смешными. Она очень слаба и не способна овладеть своими же чувствами. К чему вообще вся её гордость, если Лу Цайхуа из себя представляет ничто? Столь ожидаемый урок у наставника с горы Лунхушань стал воплощением её сомнений и страхов.

Цайхуа лежит на земле, не пытаясь остановить ручьи обжигающих слёз. Ей нет дела до других учеников, глядящих на неё с неподдельным сочувствием. В голове до сих пор звучит бесцветный голос Чэньсина, и это его безразличие отзывается в ней намного больнее, чем если бы он просто злился. Совершенно раздавленная, она не знает, с чего ей начать.