Последнее представление

Обычно они останавливались в шатре, ставя его недалеко от рыночной площади, но здесь, верно, так делать им запретят. Хотя… столько народу ведь приехало! Как караульным уследить-то за всеми? Похоже, стоит найти площадь, на которой и будет проводиться праздничная ярмарка. А если кто уже приехал, так наверняка стоит уже там.

С этими мыслями, которые его, признаться, весьма успокоили, Фауст продолжил бродить по вечерним улицам Ивкальга. Народу совершенно не мешало тёмное бархатное небо: люди продолжали гулять по мостовой, распевать песни прямо на обочине и – некоторые – сновать в разные стороны, покрикивая на остальных.

Парень расплылся в улыбке – это настолько напомнило ему ощущение родного города, что из его сердца ушла вся та неуверенность и неловкость, которая зародилась в нём рядом с госпожой.

– А ну посторонись, чего ворон считаешь, – рявкнула на него какая-то женщина, тащившая за собой тележку, полную туго набитых мешков. Фауст отшатнулся, пробормотал слова прощения и пропустил торопившуюся тётку вперёд.

– А не на рынок ли она спешит? – задумчиво пробормотал он, глядя ей вслед. «Я, наверное, ничего и не теряю…» – юноша чуть ускорил шаг, – «тут на каждой развилке, кажется, по корчме. Если ребят там пока нет, остановлюсь просто в любой из них», – и тут он снова с тоской подумал, что лучше бы переночевал на ковре, расстеленном прямо на земле, под столом и с медвежьей шкурой в ногах, чем на самой-самой мягкой и нежной перине в дорогом постоялом дворе.

Чутьё его не обмануло: женщина действительно шла на широкую, просторную, украшенную такими же флажками площадь. Прямо по пути у её края стояло какое-то подобие сцены, и были разбиты шатры вокруг. Он принялся вглядываться в ткани в поисках знакомых узоров, но, к своему огорчению, так их и не нашёл.

«Это и неудивительно», – тоскливо думал он, неторопливым шагом прогуливаясь вокруг шатров, – «две дороги я проехал, да и из деревень я ушёл практически мгновенно… Гней, верно, сейчас только в городок свой второй зашёл.

Интересно, встретил ли он кого такого же странного?». Чуть поодаль он заметил ещё одну сцену: без деревянных подмостков, просто расчищенную от травы землю и несколько лавок перед ней. Похоже, на центральной будут более важные гости, а здесь смогут выступить все желающие. Прямо сейчас на ближайшей к сцене лавке сидело несколько стариков, а на земле, сопя и переругиваясь, несколько людей убирали музыкальные инструменты.