Призраки руанского замка

Не время мечтать! Каждое слово может стать для неё губительным…

- Я во всём полагаюсь на Бога, - смиренно ответила она, как отвечала всякий раз, когда времени на обдумывание вопроса не было, или, когда она не понимала его сути.

- Это очень весомый ответ, - проскрипел Кошон.

- И я почитаю его за великую драгоценность, - дерзко улыбнулась ему девушка.

- Пойдем отсюда! - вспылил епископ, - Я не собираюсь слушать её наглые выпады!

- Пьер… - примирительно начал Жан де ла Фонтен, но Кошон, никого не слушая, стремительно покинул камеру.

За ним потянулись и остальные. Де ла Фонтен, бросив на девушку укоризненный взгляд, тоже вышел.

***

- Пьер, нам нужно поговорить, - твердо начал де ла Фонтен, нагнав епископа в коридоре подземелья. – Срочно.

- Полчаса твой разговор ждёт? – мрачно поинтересовался Кошон.

- Полчаса любой разговор ждёт, - поджал губы советник по допросу.

- Хорошо. Тогда поедим, и пойдем ко мне. Если бы ты знал, как меня вывела из себя эта мерзавка!

Жан де ла Фонтен ничего не ответил, но губы его сошлись в такую тонкую черту, что казалось – скоро они вовсе исчезнут с лица.

Кошон этого, впрочем, не увидел. Слишком занятый своими внутренними проблемами, он почти не обращал внимания на происходящие вокруг.

- О чём ты хотел поговорить? – спросил он, когда они со старым другом поднялись к нему в комнату и расположились за небольшим столиком возле камина.

- О нашем последнем разговоре, - в отличие от епископа, к которому после еды вернулось если не благодушие, то хотя бы спокойствие, то Жан де ла Фонтен сейчас выглядел как новобранец перед атакой рыцарской конницы: страшно взволнован, но одновременно понимает, что помощи ждать неоткуда и рассчитывать можно только на себя.

– о твоей готовности положиться на Господа.

- Опять ты о своём, - попробовал отмахнуться Кошон.

Но ему это не удалось. Потому что в следующую секунду произошло то, что Кошон полагал абсолютно немыслимым. Жан де ла Фонтен, его старый друг и товарищ, которого Кошон, кажется знал лучше, чем самого себя, заорал на него в голос.

- Да я опять о своём! – сухая рука советника по допросу сжалась в кулак, и со всей силы опустилась на стол, - Я опять о своём, потому что с одного раза до тебя почему-то ничего не доходит! Ты клялся мне положиться на Господа и вести этот суд беспристрастно! И что я вижу?! Сначала ты переносишь заседания из общего зала в камеру.