Призраки руанского замка

Приятный, один из тех, что она видела по воле Призрака… Нет, по своей. Он же сказал тогда, в их общем сне, что только задавал настроение, а конкретные образы выбирала она сама…

- Ненавидят ли твои святые, Екатерина и Маргарита, англичан?

- Они любят то, что любит Бог, - отмахнулась занятая своими мыслями девушка, - и ненавидят то, что он ненавидит.

- Ненавидит ли Бог англичан?

Жанна зло посмотрела на ла Фонтена. К чему эта глупость?

- Я ничего не знаю о его чувствах. Но знаю, что англичане будут изгнаны из Франции, кроме тех, кто здесь погибнет.

Бог пошлет французам победу, потому что они защищают свою страну, а это правое дело.

- А когда побеждали англичане, Бог был на их стороне?

- Я не знаю его помыслов, - ответила девушка, в груди которой словно разгорался пожар, - но, наверное, он наказал бы их за грехи, если бы они пребывали во грехе.

«А я, - думала она в этот момент, - не пребываю ли и я во грехе недостойных мыслей? Не будет ли мне наказания за них?»

Эта мысль теперь постоянно вертелась у неё в голове, не давая, однако, развить себя во что-то большее.

Жанна чувствовала, что вот-вот ухватит за кончик причину того беспокойства, которое - теперь она это отчетливо понимала - давно сидело в самой глубине её сердца. Если бы её только на минуту оставили в покое.

- Какой поруки ты ждешь от Бога, нося мужское платье?

- Ни за какие свои дела я не надеюсь на большее, чем на спасение души, - с максимальной искренностью ответила девушка.

Допрос снова свернул куда-то не туда: её начали спрашивать о её оружии, что уже делали ранее на публичных заседаниях. Жанна только отмахивалась: я вам уже о том говорила.

И только когда де ла Фонтен ушёл у неё появилось время до конца обдумать ту страшную мысль, что крутилась у неё в мозгу.

- Я уповаю на Господа, и не надеюсь на больше, чем на спасение… - она запнулась, боясь, что с произнесением последнего слова, осознание станет ещё ярче, - …души.

Грех недостойных мыслей? Нет, всё гораздо хуже.

Она уже погубила свою душу!

Ясно как в зеркале передней промелькнули последние недели её жизни, в которых было такое, что расскажи ей это о ком-то другом, и она сказала бы, что это есть самый ужасный грешник:

Её безбожные разговоры с духом.

Самый первый её сон о Тинфанге Трели, который - теперь она осознала это с полным пониманием – был лишь слегка измененным Призраком.