Дочь лорда-8. Падение владык

Чего ты добиваешься, принцесса Юлиана? Чья у тебя масть - хитрой лисы или рыжей тигрицы? Что тебе нужно на самом деле? Спасти любовь сестры? Полно - да веришь ли ты в любовь вообще? Или считаешь разновидностью чужой слабости? Алан тоже когда-то считал. Забывая историю собственных родителей…

Он полагал себя циником в свои прежние девятнадцать-двадцать. Но лишь сейчас увидел подлинный цинизм - в столь юном возрасте. В восемнадцать лет прекрасной принцессы.

Увидел - и содрогнулся.

Ирэн - куртизанка с титулом, ветреная охотница за удовольствиями и любовница сластолюбивого старика.

Кнут и пряник. «Спасите свою языкастую подружку, а заодно мою сестру. И будем в расчете».

Только держат ли такое слово? Особенно в Мидантии? И кому? Что для таких цена уже оказанной услуги?

Алан вдруг едва не расхохотался - на весь чахлый мидантийский лесок. Вон – деревья высвечивает отблеск факела. Слева и справа. Среди таких и труп не больно спрячешь.

Впрочем, ночь поможет. Укроет темным саваном. Аж до самого утра.

И ночные же птицы прощально прокричат. Их как раз спугнут.

Кто тут обычно кричит по ночам в мидантийских лесах? Ну, кроме убиенных жертв – кого невинно, кого не очень.

Юлиана вполне может сдержать слово. Она ведь ни разу не обещала, что пощадит его самого - после всего. Просто не прикончила сразу - так это же ничего не значит? Особенно в Мидантии.

Или решила до кучи растянуть удовольствие. Здесь в этом толк знают.

Больше только, говорят, в Шахистане.

И понесло же несчастную мидантийскую девочку с безопасного бала по небезопасному городу. Хуже только Роману в лапы. Там уже никакой эвитанский циник не спасет.

- Вам смешно, кавалер Эдингем?

Теперь они рядом – конь о конь. Прямо влюбленная пара. Редкая красавица и не редкий не красавец.

Успеет ли он ее застрелить? Внезапно, неожиданно? Нет.

Значит, незачем и пытаться.

Ревинтер не раз советовал в любых обстоятельствах сохранять холодную голову. Всегда можно спасти больше, чем кажется, если не паниковать.

Только Алан ведь и не паникует, правильно? Он прекрасно понимает, что совершил глупость. И как та муха – с каждым мигом увязает всё сильнее.

Сворачивать нужно было раньше. До липкой паутины. А отсюда вытаскивать некому. Сам выпутывайся, как умеешь.

Замедляют бег холеные императорские кони. Здесь пыльная дорога более ухабиста. Возок с нежной влюбленной Марией может пострадать. Или голова у принцессы закружится.