Песнь виноградной Лозы. Запах трав.

Огонь пожирал их, как разгневанное божество, хтоническое, могучее, подземное. Запах горелого мяса резал ноздри.

Чёрный мужчина с развевающимися волосами вздымал сияющий меч.

- Веруйте! Веруйте в живого Бога! – надтреснувшим властным голосом взывал он. – Живой Бог сошёл к вам! Веруйте!

Чёрные липкие сгустки летели в него, проклятий, ненависти. Виноградные лозы, росли из земли, создавали живой, непроницаемый купол. Магия не могла до него добраться…

Опять этот сон. Мальчишка проснулся, его колотило. Сон преследовал его постоянно здесь, в Мскете, столице Моских гор.

Последнее время дома ему было неспокойно, преследовал голос, мальчишеский, чистый, который иногда проходил сквозь сон, и песня эта воспринималась пророчеством:

И Солнце взошло, озаряя всё светом,

Ярое Солнце войны.

Огонь отозвался, Огонь подземельный,

Где Истины собраны сны.

И кровью Земли наполняются чаши,

Лоза оплетает клинок.

Земля, да и Небо по нам пусть заплачут,

Когда мы пойдём на Восток.

И Льдом будут скованы мир и любовь,

Мы не погибнем, вернёмся мы вновь.

Митилены. 344 г. до н.э. 

От Ясона.

- Куда бы хорошему человеку податься… - парень маялся от скуки. Ясон сидел у костра отряда барсов, отборного подразделение москов, используемых как телохранители или карательные войска. 

Вчера они прибыли в Митилены на конкурс певцов. Отец даже позволил Ясону заявить себя в самодеятельной песне. Раз в четыре года, на Лесбосе, в Митиленах устраивалось такое мероприятие для четырнадцатилетних юношей пока не стали ломаться голоса.

Ему недавно как раз четырнадцать исполнилось.

На конкурс съезжались мальчишки со всех ванских земель, да и не только ванских: приезжают и эллины, и жители Та-Кемет. И с каждым: родители, друзья, друзья друзей, просто хорошие знакомые… У кого социальный статус повыше, у того еще и охрана. Конкурс певцов в Митилинах был всеобщем празднеством, где юноши соревновались в песнях, отцы пили вино и общались с друзьями и заключали договора. 

Даже торг на время конкурса открывают, где выставляется всевозможное оружие – от простых ножей для ритуальных целей, до колуна для колки дров, доспехи и амулеты, предохраняющие от оружия, пояса с заговорами, перстни, обереги, всё - что мужской душе угодно.

 

Женщин сюда не пускали. У них схожий праздник на другой стороне острова, и туда была не допущена мужская половина человечества. Так и делится на время празднества остров по горному хребту на две половины.