Песнь виноградной Лозы. Запах трав.

На детей своих надышаться не может, девчонки уже взрослые, а он их малютками видит, покачать, побаюкать, над сыном вообще трясется… Зато, когда его нет, внуки живут у деда с бабкой. Илька с Фифой вообще, как родные братья выросли. Она их даже в колыбели вместе качала и сопли вытирала…

Кока с Фифой уже сидели за столом. Кока уже совсем взрослый, семнадцать лет, служит в эфебии, скоро пора отправлять на обучение, только надо выбрать куда, в какой храм, где его способности оценят. На эту тему они с мужем постоянно спорят.

Сын, как и его отец, слышит природу - землю, воду, так ещё и даром пророчества обладает, вот муж и хочет его вместо себя на Додонского жреца учиться отправить. Хотя мальчишка совсем лечить не может, а силл, жрец додонский, это делать обязан. Даная же хотела видеть сына иером Деметры, хотя и сама училась среди силлов, там они с мужем и познакомились и полюбились.

Даная поставила горячее седло козы, каждому по миске каши, самое лучшее для начала дня. Ещё кувшин молока. Прибежавшие дочери тоже подсели к столу.

 Надо бы ещё мужа отловить накормить.

- Давайте быстренько, Кока, опоздаешь, в казарму переселишься. Отец уже жаловался на твою нерасторопность – Даная села напротив детей.

- Да, мам, уже бегу… - Кока отрезал себе и брату козлятины, пододвинул сёстрам миску, пусть сами разбираются. – Фифа, я чувствую, что тебе оттуда быстро ноги делать надо будет. Знаешь за лаконским домом два дуба, вот за них нырни и через лес уходи…

- Чего, видение было? – Фифа хихикнул.

- Слушай старших, - Кока стукнул брата в лоб, запил съеденное молоком, - Всё, ушёл…

Подхватив меч, поданный рабом, чмокнув мать в лоб,  убежал.

- Что ты затеваешь? – мать строго смотрела на младшего. Мальчишка заелозил на месте.

- Не, мам, ничего, я не знаю, о чём Кока говорил, у него опять - видения… - Фифа изящно рукой откинул волосы.

- Не лезь в голову жирными руками, обрею! – мать поднялась, окинула взглядом дочерей, старательно доедавших козлика, оставляя только белые кости – Кашу доедайте.

В дверях уже стоял педагог младшего сына с письменными принадлежностями. Даная выдала ему пару лепёшек с сыром, мальчишка нервный, суетливый, к тому же растет, питание ему усиленное надо.

Вскоре за Фифой из дома на занятия вылетели и дочери. Даная осталась хозяйничать. Она вошла в спальню, прошлась по всему дому – мужа нигде не было. И куда он с утра пораньше делся?  Неизвестно. Немного поразмышляв, решила пройтись до храма.