Песнь виноградной Лозы. Запах трав.

Женщина поспешно передала парню, которому с трудом доставала до плеча, корзину, взяла дочку за руку.

- Вот вещи в стирку отдавала, - Аглая с улыбкой поправила волосы. – Хорошо, племянничек, что тебя встретила, до дому донесёшь.

- Донесу…

Вот так, кроме как племянника она в нём ничего не видела. Ну почему Аглая жена Аминты, была бы его, Илька её бы на руках носил.

- Вот, Аминта с утра уехал, пришлось самой эту тяжесть нести, - пожаловалась женщина.

- Если что надо, я помогу., - Илька поднял на неё свои огромные серые глаза.

Аглая улыбнулась. – Хороший ты, Илька. 

Мальчишка проводил их до дома, донёс корзину до дверей. Женщина поцеловала парнишку в щёку, в знак благодарности, и окрылённый   он не заметил, как оказался на палестре в кругу друзей. Парни, естественно, подтрунивали, видя как он умчался, но Илька не обращал на них внимания, сам бы на их месте так же хихикал. Илька только смущённо улыбался, находясь в своих тёплых и светлых мечтах. Ни тяжёлые валуны, которые он привычно перетаскивал по палестру, ни груши с песком, по которым он отрабатывал удар рук и ног, не могли вернуть его на землю.

Он впервые был вдвоём с нравящейся ему женщиной, не в семейном кругу, не в окружении родни и её мужа, а просто они шли вдвоём, и была только маленькая дочка Аглаи, её часть… А ещё она его поцеловала, пусть как родича, но всё же… И от этого разливалось сладкое томление по груди, а на лице блуждала смущённая улыбка.

Стоя под струящейся водой, омывая своё тело от песка палестра, Илька блаженно прикрыл глаза, впитывая всем своим существом журчащие струи.

Если бы Аглая была свободна…

Чужая рука скользнула вниз его живота, хрипловатый мужской голос зашептал прям в ухо….

- У тебя такая нежная кожа, как губы лошади…

Парень рванулся в сторону. Желудок сжался и резко стал подыматься вверх. Опять ахеменид…

Не разбирая дороги Илька вырвался на улицу и согнулся над кустами. Желудок рвался наружу. Следом за ним, тормозя на поворотах руками и ногами вылетел Фифа.

- Живой? – он похлопал Ильку по мокрой спине. Тот только слабо отмахнулся, и опять согнулся над кустами.

Первый раз такое внимание ахемениды оказали ему в том году. Маг при новом сатрапе Скудрии по-простому пришёл тогда к Аминтору. Илька это видел просто потому, что был в соседней комнате,  а дверь была открыта.

Маг тогда говорил  Атте, что у него вырос красивый сын, такой же, как легендарный их Ахилл, такой же сильный с нежным лицом.