Песнь виноградной Лозы. Запах трав.

Кузьке сейчас это было не интересно, появившаяся радостная надежда, что его кто-то поймёт – рухнула. “Всего лишь иллюзия” – мальчишка грустно вздохнул, а у него не фантомы. И он с ними живёт. Он слышит их призывы, и если он прикажет, они пойдут за ним. Как бы ему хотелось, чтобы и у него были просто иллюзии. 

Кузька пьяно улыбнулся опустевшей кружке:

Победы избранник или смерти певец,

Цветочным ковром его будет конец

Пусть красные маки подобно заре

Могилу покроют его на холме.

Пусть бой тот -  последний в далёкой земле

Пустынной и дикой, как видится мне,

Победу скуёт из смерти его

Друзья пусть пройдут, не боясь ничего.

- Отчего-то Кузьке стало совсем грустно.

Глава 6

Пелла. 344. г. до н.э. от Алеся. 

Aлесь разглядывал девушку, сидящую перед ним, бойкую, весёлую и вечно встрёпанную. Её шелковая изумрудная длинная, почти до колен кофта, подхваченная поясом, подчёркивала ладную спортивную фигурку. Из сапожек, куда были заправлены тёмные штанишки, торчала рукоять ножа. Юноша знал, что тут одним ножом не обошлось, где-то у девушки было спрятано ещё два кинжала, а в пояс вплетена тетива для складного лука.

Его Воробушек, вооружённая до зубов – Барсина. Было просто хорошо на сердце смотреть на неё. Даже не вдаваясь в смысл щебетания. Стриженые в каре каштановые волосы подобно перьям топорщились в разные стороны. Он протянул руку пригладить их. 

-      Олежка! – Воробушек словно с жёрдочки встревожено вскочила с парапета из белой колоннады, отстраняясь от руки.

– Кто увидит, нам влетит! 

-      А целоваться можно…, - Алесь засмеялся, наклонив голову рассматривая её. 

-      Только по-дружески, при встрече. А на всё остальное – сначала сватов засылай. – Девушка шаловливо шлёпнула пальцами по его носу. – А так ни-ни! Ладно, пошла, отец ждёт. 

Дочь Артабаза, сатрапа, поставленного над данной не перспективной ахеменидской сатрапией Скудрией после его участия в заговоре против Артаксеркса с помощью афинян, притягивала Алеся.

Она была его возраста и, вроде, отвечала на возникшие у юноши чувства, но родители. Алесь ещё эфеб, впереди обучение, и только потом, получив титул, он сможет сделать предложение, так сказал отец. Что же думал Артабаз, или как его ещё называли золотой пикт, оставалось неизвестным, и парню очень хотелось это выяснить. Но пока ни о каком браке говорить не приходилось.  

Ещё год эфебии, и он пойдёт в храм Ареса получить посвящение.