Песнь виноградной Лозы. Запах трав.

Скелет – это единственная устойчивая иллюзия, которая удавалась Ясону ещё с 10 лет, когда Данке ещё и на свете не было.

В этот момент в раздевалку вошёл лысый Леонид уточнить, почему мальчишки не расходятся. К нему должна прийти следующая группа учащихся, а раздевалка маленькая.

Леонид стоял в дверях. Мальчишки сгрудились вокруг анатомического пособия, разглядывая его. Скелет поднял руку, чтобы показать скрытую точку подмышкой. Леонид заорал. Это был крик ужаса и отчаянья. Если бы старый воин не был лыс, он бы поседел.

Это потом выяснилось из его ругани, что первая посетившая его мысль была – что мальчишки кого-то отловили и освежевали живьём, а теперь мучают. Леонид после увиденного даже заикаться стал. Ну ничего, это у него пройдёт, Яська был в этом уверен. 

Вообще, чтобы выбить воина во время поединка, часто используются иллюзии страхов, главное знать, кто чего боится. Выяснилось, что Илька боится мышей и пауков. Для Ясона самое страшное – это подколодные древесные змеи. 

Мелкие, ядовитые, когда они клубком шевелятся, шелестят и шипят на змеиной свадьбе.

Страхом Кузьки были безобидные толстые мохнатые гусеницы, медленно ползающие по руке, или вообще по телу. 

Фифа же боялся больших безобидных лесных комаров. Мальчишке казалось, что они его преследуют и кусают. А если уж такие вопьются, то всю кровь выпьют. И никакие уговоры, что кусаться они не умеют, мальчишка не слушал.

И тут Сурик заявляет, что ничего не боится, - парни переглянулись. Яська тут же стал прикидывать, как напугать заносчивого шкета. Остальные занялись той же проблемой, иначе почему у всех стали такие хитрые морды. Не боится он ничего, угу, ребята займутся данной темой.

Сурик гордо стоял перед старшими мальчишками, надменно сжав свои тонкие губы, изображая древнего героя.

- Ну, братец, когда нужна будет твоя смелость – позовём, пауков там собрать, комаров побить… - уверил его Илька. – Куда уж нам. Слышал, духи в лесу завелись, поможешь прогнать?...

Ясон почесал нос, скрывая улыбку рукой, заводила уже что-то придумал. Котик, друг Сурика, старательно стал дёргать сына Филиппа за рукав хламиды, опасливо косясь на старших. Фракиец поумнее, сообразил, что Сурику выпендрёж не спустят. Сын Филиппа так этого и не понял.