Человек без снов

Мальчик мысленно поблагодарил своего тайного защитника и учителя. Он довольно быстро отыскал цепь, придавившую сочный куст репейника, схватил её и бегом побежал назад. Запылившаяся мазь оставалась на листьях растений, поэтому в конце поля крапива уже всерьёз жалила кожу.

Рат, не отвлекаясь на неприятные ощущения, протянул цепь барону на вытянутых руках. Спокойно смотрел в глаза.

И тогда барон снова поднял и закрутил цепь над головой, неотрывно глядя на мальчика. Рат не опускал глаз.

Свистела цепь, описывая сияющие круги, горели глаза барона, его тёмные волосы развевались на ветру.

Будто он летел в гущу битвы на могучем коне, замахивая для удара меч.

У Рата сжалось сердце от восхищения и сочувствия к этому мужчине, которого в глубине души он давно называл "отец".

Джеймс заметил выражение лица мальчика и зло кинул цепь. Она пролетела, задев волосы Рата. Тот даже не моргнул. Ждал приказа. Барон развернул коня и ускакал в замок.

Торн нашёл цепь, отдал её Рату, подхватил мальчика на круп своего коня.

Рат крепко прижимал к себе драгоценность барона, хранившую его тепло. Цепь собственного ошейника, свободно обвитая вокруг шеи, на миг показалась Рату даром любящего человека. Но он не позволил себе витать в фантазиях и заставил смотреть правде в лицо: он до конца жизни будет рабом. Если не сможет завоевать хотя бы уважение сурового рыцаря. Цель была поставлена, и Рат со всем прилежанием и упорством бился за её осуществление. Долгие, долгие годы.

"И пока безуспешно", — подвёл итог Рат, возвращаясь из воспоминаний и реально оценивая свои шансы.

Пора было открывать турнир.

Рат упруго вскочил в седло своего коня, подведённого оруженосцем Гарта. Гарт и Рико, нарядные и воинственно настроенные, поставили своих коней за ним. Дальше ехали возбужденно-весёлые воины.

Барон Джеймс обернулся, недовольно наблюдая за своим эскортом:

 — Слезь! Ко мне, пёс! — прокричал он Рату. А когда воин подошёл к нему, подняв голову, барон прохрипел:

 — Не смей в моём присутствии садиться на коня! Твоё место в пыли, у моих ног!

Все заметили, как обмолвился барон.

 — Хорошо, милорд! Я сделаю так, как Вы пожелаете, — успокаивающе проговорил Рат, видя, как кровь отхлынула от лица Джеймса. Он осторожно повёл коня барона, пока тот не взял поводья в свои руки.

Рат обернулся на звук частых шагов рыжей кобылки. Это милое топотание коротких ножек лошадки леди Лилии осветило радостью лицо Рата. Лилия улыбалась, рассеянно глядя на отца.