Яр. Поход королей. Книга 4.

А по правде говоря, никогда того патриархата и не было.

ГЛАВА 33

- Ох выж боги мои боги. - Причитал Эйрагол под чавканье конских копыт. - И сколько же энта напасть еще длиться-то будя, а то ужо силов нет от мокроты энтой. Оно конечно с одной стороны хорошо, что все еще льеть с небес. Энто дело нам хоть передых дает, а воинству орденскому одни убытки, но энта грязюка ужо достала.

- Не горгачи так споро горгатун, а то я за тобой уразуметь об чем речь ведешь не поспеваю. - Прервала причитания Эйрагола Ярина.

Староста на то, что его горгартуном назвали никак не отреагировал. А и правда. Чего тут реагировать? Так все прибалтийские народы прозывали из-за их гортанного выговора. Почитай, каждый народ свое прозвание имел из-за языка на котором говорил. А языков тех да наречий разных как и прозвищ, хватало.

Вот, кажется народ Германской империи на одном языке говорил, но не все так просто. Немец с южной части империи иной раз уразуметь не мог, чего ему соотечественник с севера толдычит. Навроде язык немецкий, да выговор разный.

Тот, который от племени старого в наследство остался.

До рождения единого языка еще много времени пройти должно было. И как-то так получилось, что люди не умеющие ни писать, ни читать сподобились полиглотами стать. А куды деваться-то? Общаться-то как-то надо. А тем кто грамоту еще разумел, так тем людям почет и достаток обеспечен.

Ольгерд и Кейстут, отпрысков своих сызмальства языкам обучали. Почитай, детки их на пяти аль шести языках изъясняться могли.

Для княжеского дела, то совсем необходимо было. Хотя, в западных землях все одно за варваров считали. Считали так не столько из-за познаний, сколько из-за веры.

Даже после того как Ягайло сын Ольгерда став королем Польши в Кракове по своей воле университет учредил, все одно варваром оставался и в глазах поляков диким литвином был. Но, то отступление небольшое для того, чтобы понятней стало, что язык для общения помехой не шибко служил. Особливо, когда часто друг с другом общаться приходилось.

Более общению тому шибко мешала вера не в тех богов.

- Я говорю. - Обернулся к Ярине Эйрагол. - Что мокрота эта достала ужо сверх меры. Хоть-бы снова мороз ударил, что-ли.

Ну, что на это скажешь? Человек, он и есть человек. Вечно и постоянно чем-то недоволен. Когда холодно о солнышке мечтает, а чуть солнышко припечет ему снова прохладу подавай. И так во всем, чего ни коснись.

- Ты видать очумел на радостях. - Усмехнулась Ярина.