Яр. Поход королей. Книга 4.

Выходило, что не выстрел, то выпадал всадник из седла. Уже трое валялись на земле и точно никогда с нее не поднимутся. Естественно воинов ордена взволновал без меры подобный факт, но они никак не могли понять откуда по ним стрелами кидают, разлапистая ель хорошо укрывала Яра от их взоров.

- Можа, все-таки ужо пора на утеки подаваться? - Натягивая тетиву, посоветовал про себя врагам Яр. - А то ведь так, как на стрельбище мишени всех перестреляю.

То не пустая похвальба была. До противника шагов двадцать, аль можа тридцать, но не более.

С такого расстояния и добрая броня не всегда стрелу удержит. А ежели к этому добавить, что и лук который Яру дед подарил особый, по своей мощи любой другой переплюнет, то и выходило, что не шибко-то Яр и хвалился. Да к тому еще следует добавить, что как стрелок, он вполне отменный. Таких как он стрелков, еще поискать надобно.

Правда, нужно отдать должное и противнику. Недолго воины ордена разбирались откуда в них стрелы летят. Что тут скажешь? А нечего говорить.

Опытные. Не юнцы какие безусые. Понятное дело, что не в первый раз в военный поход выправились.

Только вот беда нежданная для них объявилась. Стал между воинами ордена и Яром волк призрачный. Людскому глазу не заметен, но кони добро его видят и оттого в его сторону не идут. Хрипят кони. Брыкаются. На дыбки норовят стать и никак своих седоков не слушают. Седоки конечно в недоумении от такого поведения коней, а здесь еще и стрелок стрелы не переставая в них метает. Пока они с конями боролись, этот стрелок зловредный еще двоих подкосил.

Такое испытание кого хошь из бодрого состояния духа выведет и к унынию приведет. А где уныние там дядька Страх тут как тут, за нутро человеческое берется. Дядька Страх он ведь не такой ветреный как его подельницы, разные там, Печаль, Тоска, Ненависть, Зависть и прочие подруги в купе с Верой, Надеждой и Любовью. Которые человеком время от времени крутят.

Особливо это Любви касается. Вечно она от своей работы отлынивать норовит и вместо себя подругу Похоть в дело пускает, Влюбленностью ее называя.

Нет. Дядька Страх не такой. Дядька Страх с человеком рождается и до могилы его сопровождает. В человеке сидит и постоянно его сущность своим коготком царапает. Ну, а как уж подвернулся случай развернуться во всю ширь, он тут же Ужасом пред человеком оборачивается.

Вот и воины ордена вначале-то храбрились. Правда не долго. Дядька Страх долго человеку храбриться не разрешает.