Звездный Мост

Господи, думаю, это иудеи! Рахдониты? А кому меня днесь продашь? Взяли ради выкупа? А может я голь перекатная, что с меня возьмешь?.. Так и терялся в догадках,− Вольга зажмурил глаза и покачался из стороны в сторону.− Солнышко ушло на покой, и кибитка наконец остановилась. Певший о своей потерянной родине иудей спустился с облучка и откинул закрывавший свет полог. Я попробовал приподняться на здоровом локте, взглянул вознице в глаза, и тут душа моя едва не отлетела в неведомые кущи…

− Кого ж ты там увидел? − улыбнулся Василько.

− Люцифера, что ли?

Данила опасливо сплюнул через левое плечо и тайком перекрестился.

− Меня,− сказал Исаак Левант, наблюдая за реакцией гостей.

− Mirakel! – ничему не удивляясь, объявил Эрик.− Ja, Мэри, этто тшудо.

− Да… меня,− повторил Исаак Левант,− походного знахаря и звездочета мунгальского темника Джэбе. Я прошел с ордынцами долгий путь от Персии до Тавриды. Лечил болезни и раны, предсказывал будущее, спасал пленников от расправы, коли была такая возможность.

Но у меня было тайное повеление старейшин Израиля…

− Какое же? − довольно хмуро спросил Василько.

− Изучать этот способный степной народ,− сказал Исаак Левант.

− Ты вызволил из полона Вольху Милославиця! − радостно объявил Данила.

− Я случайно зашел в юрту,− покачал головой Исаак Левант.− Искал своего начальника Джэбе. Можете вообразить, что творилось в моем сознании, когда я увидел тело давно потерянного друга, а подле него двух меркитов из обоза! Старые обозники сидели на корточках и обсуждали участь помирающего уруса.

Один предлагал немедленно выкинуть его в степь на корм падальщикам, другой советовал обождать до захода светила… Они вытащили стакан с костями, решив разыграть участь пленника. Тут я вмешался, подарил им по золотой ромейской монете и попросил отнести раненого к моей кибитке. Мунгалы не перечили, они привыкли к моим прихотям, к тому же у них нет такого пренебрежения к моему народу, как у христиан! − не удержался от язвительного замечания Исаак Левант. − У себя в жилище я осмотрел Вольгу и осторожно занялся его врачеванием. Он был на тонкой грани между болезненным сном и бредом, ругался сквозь зубы и хватался ладонью за стегно. Раны были обработаны мазями и перевязаны, я влил ему в рот настой из успокоительных трав и положился на милость Господа.

Исаак Левант замолчал, сипло переводя дух.

− Отчего раньше нам не поведал? − с упреком сказал Василько.

− Зачем прошлое попусту бередить? − пожал плечами Вольга.