Звездный Мост

− Мунгалы разорили булгарские земли, привели в трепет половцев,− продолжал Юрий Всеволодович,− но вам ли рассказывать, мои други, что за кметы эти куманы! Дружины у нас христианские, города − крепкостенные. Нам ли убояться немытых кумысников? − владимирский князь обвел тяжелым взглядом собравшийся в гриднице народ.− Мало побивали лихоимцев?! И еще по сопатке вдарим! Почистим степь… Так, други-браты?!

− Так! − нестройно зашумели бояре.− Согнем! В бараний рог!

Епископ Митрофан закряхтел, грозно потрясая посохом.

− А что воеводы мои голос потеряли? − вопросил Юрий Всеволодович.

− Помрем с честью, коли нужда придет,− осторожно сказал Петр Ослядукович, опустив мозолистую ладонь на рукоять меча.− Не впервой…

Еремей Глебович помалкивал, искоса поглядывая на Великого князя.

− Послушаем, что нам поведают рязанцы? − благодушно предложил Юрий Всеволодович, указывая на взмокшего от волнения Фому.− Ты тут? Ответствуй!

Сотник, прихрамывая, вышел на середину гридницы, размашисто перекрестился на образа в красном углу и отвесил низкий поклон владимирскому князю, а затем,− на две стороны,− притихшим в ожидании людям.

− Исполать вам, добрые жители града Володимера! − заговорил Фома.− Не в добрый час обращаюсь к вам, русичи Залесья. Беда прикатила особая: каган мунгальский, прозвищем Батый, привел орду несметную двунадесяти языков, собранную на восходных просторах. Давеча принял наш князь ордынских переговорщиков. Нехристи объявили требование: быть отныне Рязани под дланью прижимистой джихангира, коему обязаны мы платить дань − десятину во всем… Иначе будет нам разорение и погибель!

− Во всем? − задумчиво переспросил Юрий Всеволодович.

− Так! − неожиданно подал голос Вольга, становясь рядом с рязанским послом.− Есть у тебя, княже, сотня ратников − изволь десяток отдать Батухе, а повыбьют их в сече − давай еще! Мастеров умелых на закладку ханской ставки в низовьях Итиля, девах молодых да работящих, коней долгогривых… Всего вдосталь давай, что ханскому чреву приспичит!

− Десятину будет должен каждый житель, даже младенец неразумный,− приглушенно добавил Фома.

− Придет на двор баскак ордынский да зачнет учет вести,− продолжал Вольга, с веселой злобой разглядывая сытые, обрамленные холеными бородами лица именитых владимирцев.− Сколько мер зерна по сусекам схоронено? Сколько корчаг молока коровушки дали? Сколько яичек квохчи снесли? Считать-то они умеют, поверьте на слово.