Горничная революции

В голове крутилось множество способов отмщения: от самых невинных до самых жестоких. Четвертая хотела ухватиться хотя бы за одну идею, но все они казались слишком простыми и неидеальными. Девушка искала хоть какую-то лазейку, слабое место или какой-нибудь скелет в шкафу. У всех они были, только Шестьдесят шестая довольно хорошо их прятала.

Размышления Четвертой прервал странный шум, доносящийся с первого этажа. Сначала она не придала этому значение, но когда он повторился еще раз, девушка взяла свечу и направилась к источнику звука.

Четвертая прошла через кухню и поднялась на первый этаж. Она стояла посреди огромного темного холла, освещенного одним лишь лунным светом, и замерла на месте, пока не услышала тот же самый шум, но намного четче, чем в прошлый раз. Девушка медленно подошла к двери в кабинет Джеффри Уинтерса. Приложив ухо, Четвертая пыталась хоть что-то да расслышать. И через некоторое время горничная смогла различить приглушенное мычание и тихий смех. Она поставила подсвечник на пол и заглянула в замочную скважину, из которой слабо сочился свет, и увидела шокирующую картину.

В кабинете стоял темный лакированный стол. По крайней мере, Четвертой удалось разглядеть только его очертания. Вдали комнаты догорал камин, и больше источников света там не было. Однако Четвертая взяла все самое лучшее от семейства кошачьих — хороший слух и острое зрение. Хоть уши в данный момент были под чепчиком, она смогла определить, что непонятные звуки исходили как раз таки со стороны стола. А когда ее зрение более-менее адаптировалось к тусклому освещению кабинета, девушка разглядела две фигуры — мужскую и женскую, но она не могла определить, кто именно это был.

Внезапно на столе загорелась масляная лампа и перед Четвертой открылась полная картина: на столе сидела Шестьдесят шестая, а между ее раздвинутых ног устроился не кто иной, как Джеффри Уинтерс. Одной рукой он держал ее рот закрытым, а другую, которой Джеффри только что включил лампу, положил старшей горничной на голень и начал подниматься вверх.

Затем его рука медленно проскользила по бедру и исчезла под тканью платья. Шестьдесят шестая дернулась, словно ее пронзили копьем, и затряслась. Четвертая видела, как старшая горничная сторонилась поцелуев и прикосновений Джеффри, но она, вероятно, смирившись со своей судьбой, даже не пыталась вырваться из его мерзких объятий.

Четвертая замерла, и кровь застыла в жилах от увиденного. Она еле-еле подняла руку и прикрыла рот ладонью, чтобы самой не закричать.