И.о. ангела-хранителя

Супруг нанёс ей целую серию оскорблений: выставил наружу свою связь с другой женщиной, пренебрёг правилами этикета в угоду своей страсти, публично обозначил, что видит в королеве не жену, а сестру, да ещё и оставил её посреди разговора!

Эмоции отступать не желали, и Кая стала опасаться, что, чего доброго, опозорится вконец и не сумеет справиться ни с лицом, ни со слезами.

Ей срочно нужен был предлог удалиться – и удалиться с достоинством, поскольку, конечно, хоть никто и не глазел на неё в упор, за супружеской ссорой, прикрываясь хрустальным звоном бокалов, следило множество любопытных ушей и глаз, и ей теперь было крайне сложно выйти из ситуации, не потеряв лица.

Незаметно оглядевшись вокруг, она приметила Канлара и жестом подозвала его к себе.

– Вы говорили, у вас что-то срочное на ниийском направлении? – сухо спросила она.

В первую секунду Канлар растерялся, поскольку ничего срочного у него там не было, но потом осознал, что именно происходит, и тут же горячо заверил:

– Прошу прощения, ваше величество, но дело и впрямь не терпит отлагательств.

Могу ли я попросить вас?..

– Да, конечно, – не дослушав, Кая взяла его под руку, и они вполне чинно удалились с бала в один из соседних с залом кабинетов, для того и существующих, чтобы решать срочно возникшие дела.

Оказавшись, наконец, вдали от наблюдавших за нею глаз, Кая словно сломалась.

Маска ледяного достоинства пошла трещинами; опустившись на стул и разметав вкруг него свои пышные тюлевые юбки, она беспомощно опёрлась локтями на стол и спрятала лицо в ладонях.

Украшенная прозрачными аквамаринами и ракушками диадема опасно накренилась, грозя сорваться.

Канлар растеряно замер у дверей.

Он не знал, как поддержать её, не оскорбив ещё пуще её гордость, и не мог оставаться в стороне, видя её горе – от которого у него сжималось сердце – и не знал никаких возможностей ей помочь и как-то облегчить ту тяжесть, что лежала у неё на плечах. Её хрупкая русалочья фигурка казалась ему в этот момент беззащитной и ранимой – наряд с голыми плечами и имитирующими морскую пену тюлевыми воланами делал её совсем не похожей на полновластную королеву.

Она казалась нереидой, невесомым мифическим созданием, лишь на час выбравшейся в мир живых со дна морского, готовым в любой момент раствориться в воздухе как мираж.

– И это ведь только начало, – вдруг глухо сказала она, отнимая руки от лица и пустым обречённым взглядом упираясь в стену кабинета.

– Начало? – эхом переспросил Канлар, не уловивший мысли, и сделал шаг к ней.