Сын Нила

Время покоя ушло, пришло время действия.

Теперь на занятиях всё чаще «присутствовал» сам Аменхотеп, старательно впитывая знания. Он загонял себя в бесконечных тренировках и исполнял все поручения отца, действуя всегда безукоризненно. Двор, что раньше манил принца, что мечтал обрести там признание, перестал играть какую-либо роль. Пусть перед людьми красуются другие люди, у него же есть другая цель. И она интереснее любого человеческого стремления. Даже Египта.

Слепец-Фараон радовался успехам второго принца.

Царица тоже делала вид, что хвалит Аменхотепа, но принц знал, что будь воля этой женщины, Аменхотеп давно был бы мёртв. Это раньше, когда Тутмос был единственным сыном, Царица ещё могла пытаться принять не родного мальчишку. А теперь, когда подрастает принц Косей, Аменхотеп становится не нужным балластом.

— Ты становишься прекрасным принцем, Аменхотеп! Теперь, когда ты закончил своё бунтарство, мы должны возобновить помолвку с Нефертити. Девушка верно ждала тебя, не смотря даже на твою болезнь.

Мы должны вознаградить её за верность.

Ненависть на мгновение свела принцу горло. Нефертити была и оставалась насмешкой, пусть сама девушка, теперь Аменхотеп это признавал, была тут совершенно не при чём. Такая же жертва, наивная и доверчивая, дочь Тии, что должна стать орудием матери. Но такого не будет, его жена будет служить только ему. Но Царице об этом знать совершенно не обязательно.

— Вы правы, матушка. Нефертити прекрасная невеста и ответственная девушка. Именно такая царица нужна Египту.

Тия на секунду нахмурилась, но потом лицо вновь стало доброжелательным. Аменхотеп удержался от улыбки, не стоило показывать, что он заметил эмоции своего врага. «Даже говорить про царицу не стоило. Бросаешь вызов раньше чем подготовился», — прошипел недовольный голос в голове. Аменхотеп только мысленно покачал головой. Апоп он, в конце концов, или кто? Он-Змей никогда не таился, так с чего ему-человеку так делать? Для этих игрищ у него будет Нефертити, о которой так вовремя напомнила Царица.

Даже будучи девочкой, она прекрасно умела подминать под себя Двор. Вот этим и будет заниматься во славу супруга.

«Ты хочешь довериться кому-то?», — любопытствовал Змей, ловя мысли принца. «Я умею учиться. Если я проигрываю один, значит на моей стороне тоже должен быть свой Сет! — Аменхотеп почувствовал знакомую ненависть. — Ну или своя Исида». Мысль про Исиду понравилась змеиной части больше, и Аменхотеп решил остановиться на этом.