Алёнка и серый волк

Алёна вскочила с кровати и, прикрываясь простыней, выбежала на крыльцо. Оборотень перемахнул ограду, перепугал баб, идущих по улице, и побежал по дороге. Вскоре он резко свернул и скрылся в лесу.

Конечно, кровь на постели увидели все. Мать схватилась за розги и со слезами в глазах замахнулась.

— Дрянь малолетняя, лучше б с обычным мужиком согрешила! А ты!.. С нечистью!

Отец и Егорка едва успели её схватить и не пустили убить Алёну на месте.

— Поздно уже, мать, уймись, поздно! — отец взял мать за плечи и дал выплакаться.

Егорка повёл Алёну прочь, подальше от материных глаз, которая уже начала причитать о «проклятии на её голову». Алёна не успевала за широким шагом брата, ноги путались в простыни. Жёны братьев с ужасом смотрели на неё, когда Егорка вывел Алёну на двор, и крестились. Брат привёл в баню и облил ледяной водой.

— А! Холодно! — воскликнула Алёна, прижимая к груди промокшую, тяжёлую простынь.

Егорка схватил за щёки.

— Будешь знать, как с нечистью любиться! — отругал он.

Брат никогда не кричал, но его злости Алёна боялась даже больше материной.

Егорка окатил её ещё пару раз ледяной водой и зло швырнул ведро на пол. Ведро грохнуло и покатилось. Алёна плакала, дрожа от холода.

— Что же ты глупая такая?! — брат встряхнул за плечи. — Не могла потерпеть немного? Я тебе такого жениха нашёл, Федьку, сына Степана, у которого дом у постоялого двора. Ты видела тот дом? Огромный! Там хозяйство большое, людей много и торгуют они. Жила бы в достатке, а ты… Тьфу, балда!

Егорка с чувством сплюнул на пол.

— Теперь уж кто тебя возьмёт, порченую…

Алёна закрыла лицо руками. Не хотела она ни за кого, кроме как за Дикого. Пусть бы и в лес, но он ни ругать не станет, ни бить. Никогда! Егорка, должно быть, заметил следы зубов и зверских поцелуев на ней, и вздохнул:

— Сестрёнка моя глупая, не доглядели!.. — запричитал брат и прижал её к груди, успокаивая.

Глава 5. Монастырь

Тем же днём Егорка повёз её в монастырь.

Телегу с кобылой ещё не распрягали, только вещи сняли. Наташка, жена брата, собрала им поесть в дорогу и погрузила куль в телегу. Егорка хмурился, сев на козлах и взяв в руки вожжи. Алёну закутали в закрытое платье и повязали платок.

— Садись, — бросил Егорка, когда она подошла. Наташа со страхом и жалостью посмотрела на Алёну, пока та забиралась в телегу. Егорка посмотрел на жену, беременную, которая закрывала живот руками, и ударил кобылу вожжами.