Повесть о монахе и безбожнике

— Получается, он дешево отделался?

Библиотекарь хотел, что б в его голосе прозвучала ирония и неодобрение, но монах его не понял. Голос его стал серьёзен.

— Это точно... У палачей он бы так легко не помер...

У самого выхода из плавильни монах остановился. После света, оставшегося за спиной, темнота впереди выглядела страшной.

— Огонь нужен, — сказал у него из-за спины Шумон. — Свет. Со светом легче.

— Факел, — поправил его Младший Брат. — Лучше несколько...

Он посмотрел назад. Факелов для них никто, конечно, не запас, но дерево тут хватало, и наломать его ничего не стоило.

Он повернулся, чтобы так и сделать.

— Куда?

— Пойду, дерева наберу.

Шумон посмотрел по сторонам.

— А хочешь, я тебя удивлю?

— Чем ты меня удивишь?

Шумон подмигнул монаху.

— Чудо сотворю, хочешь? Подсказывает мне что-то, что с той стороны ждут нас факелы божьим помощником приготовленные...

Монах нахмурился и придвинулся к нему с явным намерением дать по шее богохульнику, но Шумон, почувствовав настроение товарища, отпрыгнул в сторону.

— Погоди, погоди... Когда нас вносили, я с той стороны то ли крышу, то ли деревянный настил видел. Наверняка там есть все, что нам нужно.

Монах опустил руку, оглянулся и проворчал:

— Откуда? Сам что ли клал?

Безбожник пожал плечами.

— Ходят же тут как-то разбойники? Не на ощупь же...

Он проскользнул между камней. Тут оказалось заметно темнее, но ноги сами нащупывали дорожку к деревянному навесу над большим плоским камнем. Теряясь в темноте, на нем лежала куча всякого барахла. Заметив деревянные палки, монах бросился к ним.

— Ух-ты! — не веря тому, что видит, сказал Шумон. — Ты смотри...

Слова слетели с языка сами собой. Не от необходимости, а от удивления.

— Что?

Монах повернулся, но не посмотрел на безбожника. Его руки пересчитывали факелы.

— Еда вон, — с заминкой, которую монах не заметил, ответил Шумон. — Вон еды сколько... Хлеб, мясо...И перевязь моя...

Еда и перевязь – тьфу! Там лежал его мешок!

Пока монах жевал хлеб, подбирал факелы, он, сунув руку в кучу тряпья, нащупал там мешок и, не открывая, провел рукой по боку.

Сердце радостно застучало! Камень остался там! Плечи сами собой расправились. Теперь он чувствовал себя вооруженным! Правда, брат Така мог воспротивиться этому, но Шумон решил и эту проблему.

Пока тот бегал к печи, чтоб поджечь факел безбожник сунул свой мешок в какой-то другой мешок с головой Имперского дракона, а сверху навалил хлеба и мяса. Уж против этого Младший Брат возражать ни за что не станет...