Целитель душ 4. Правая сторона

Вот опять ляпнула лишнего! И как теперь выкручиваться, не растеряв репутации с ним?!

- Эм-м! – притворно закашлялась я. – Должно быть мои слова можно понять весьма превратно, в них нет ничего между строк, так сказать… - неловко рассмеялась. – Дело в том, что у меня есть уже…

- Не надо, светлая госпожа, - устало отмахнулся бонд Дьярви от моих объяснений. – Можете не продолжать… Я позвал вас сюда лишь по одной причине: тут нас никто не сможет услышать. У некоторых пришлых весьма острый слух, как оказалось, а мне бы хотелось, чтоб разговор между нами остался тайной.

Хотя бы некоторое время.

Что? Вот так просто? Просто замнём этот неловкий момент? Как удобно! Может меня действительно позвали сюда без всякой задней мысли? Но мне почему-то в это верилось с трудом.

- Вы ведь знаете, что я сильверхеймец, только наполовину, - медленно начал излагать он, старательно подбирая слова. – До одиннадцати лет, я считал себя простым охотником Свободных сёл, жившем на дальнем хуторе, недалеко от Елизаровки…

После упоминания лисьей деревни, я нервно сглотнула.

Интересно всё-таки скольких его родственников мы порешили в Бесноватом гроте? Ужас…

- … до того злополучного дня, когда на ярмарке в Семихолмье мы с матерью не повстречали моего отца, - пока я раздумывала, чем мне может грозить рассказ о прошлом бонда, он между тем, продолжал своё повествование. – Перекинувшись парой слов, Калле, мой отец по крови, едва взглянув на меня, что-то заприметил в моём облике, и начал костерить мою мать на чём свет стоит, упрекая её, что она хотела сокрыть меня от него.

Матушка отнекивалась поначалу, но потом созналась, что я, и правда, его сын. С тех пор жизнь моя перестала быть простой, хотя она таковой никогда и не была. В роду меня не долюбливали, и тогда же мне стало понятно почему. Кроме старшего брата, Горицвета, который был моей вечной нянькой, до меня никому и дела не было.

Горицвет? Старший брат. Имя такое звучное! Как будто, что-то знакомое. Где я могла его слышать или видеть?

- Он обучил меня стрелять из лука, делать стрелы, выслеживать добычу, прятаться, делать капканы и, конечно, хитрить, - рассказывал Дьярви рассеянно оглядывая всё вокруг.

- После того как всему хутору было объявлено, что меня через пару месяцев заберёт к себе северянин, даже Горицвет от меня отвернулся. Обо мне сразу все забыли, словно я умер. Зла за это, я не держу на наш люд, а на брата, тем паче, ибо знаю, как крепка память в народе о пришествии северян с мечом в наши сёла.