Целитель душ 4. Правая сторона

Для прежнего Ингварра, я бы в лепёшку расшиблась, но узнала бы, где девушка, но теперь, видя его одержимость ей, его барские замашки, и главное, тон с которым он позволял себе говорить с ничем не заслужившего такого отношения Дьярви, полностью отбил у меня охоту помогать северянину в чём-то. Более того, теперь мне показалось, что теперь от этого будет только вред, и не принесёт никому счастья.

- Так узнай! – рявкнул на меня молодой эрлинг.

- Господин, - настраиваясь на собеседника, добавив вкрадчивости в свой голос начала переубеждать его я.

– Зачем ворошить прошлое? Она выбрала свою судьбу, пусть теперь ей и живёт…

- Но не мою! – вскинулся он, повысив голос. – Я, третий сын хёвдинга Аделстейна, в своём праве, и поскольку одаль в подчинении моего отца, я могу взять в нём всё, что пожелаю. Моей судьбой распоряжаюсь только я.

- Янника не вещь, чтобы её брать, когда вам вздумается! - вскипела я. Сама постановка вопроса была для меня неприемлема. Невольно, взглянула на бонда Дьярви, неосознанно взглядом, ища поддержки у него, но его это только смутило, поэтому мне пришлось отстаивать интересы девушки самостоятельно: – Она живой человек! И я не буду её искать для тебя, Ингварр!

- Будешь, светлая госпожа, - тихо произнёс он.

– Будешь! Иначе я сравняю её родную деревню с землёй. Думаешь, он мне запретит? – северянин насмешливо кивнул в сторону молчаливого бонда. – Он знает, своё место.

- Но ведь ты сам отступился неё! – напомнила я, не зная, чем его можно урезонить.

- Ты меня отговорила! Твои увещевания, елейный голос, добрый и заботливый взгляд, ослабили мою волю! Она простая крестьянка, а я третий сын хёвдинга Аделстейна, владельца одаля.

Янника изначально моя по праву, - и Ингвар с силой хлопнул кулаком по столу.

- Поздно ты вспомнил о том, что ты третий сын хёвдинга, эрлинг, - попеняла я ему с едва сдерживаемой злостью в голосе. – Если бы ты не изображал простого северянина, кто б посмел тебе возразить?

- Я хотел, чтоб она не эрлинга любила, а меня! – окончательно вышел из себя Ингварр.

Он подскочил на ноги и от его резких движений посуда полетела со стола.

- И она отказала тебе! – я тоже в запале вскочила на ноги, и тяжело дыша со злостью продолжила: - Или это перестало иметь значение для эрлинга?

- Это твоя вина в том, что я отступился неё тогда, и теперь я каждый день словно во мраке живу, без надежды на лучик света… - тихо проговорил он куда-то в сторону.

- Нет уж! Это твоя вина! – зашипела я, чувствуя, как лицо моё перекашивается от гнева.