Целитель душ 4. Правая сторона

Денег хотела в кредит взять, ан не дают, - как можно более шутливым голосом произнесла я. – Не отвлекаю, кстати?

- Не-а, - он откинулся на лавочке, - что там у тебя за дурь? Выкладывай.

Слушая о моих затруднениях, дядя Ваня только досадливо цыкал.

- Кирушка, тебе деньги нужны? – непонимающе уточнил он. – Так я дам, делов то! Зачем так напрягаться?

- Ну, нет! – сразу заупрямилась я. – Это слишком большая сумма, как я могу так просто взять их у тебя?

- Ой, Кирушка, нашла о чём переживать! – раздражённо воскликнул он.

– Опять взрослую решила из себя корчить? Самостоятельную?

- Нет, нет, и ещё раз, нет! – замотала я головой. – Это принципиальный вопрос, я эту кашу заварила, мне и расхлёбывать!

- Значит, у чужих людей деньги занимать тебе не тошно, а у своих гордость не позволяет? Так получается? – продолжал нахмурится дядя Ваня. – Некоторые принципы надо из головы выкидывать, и без жалости, потому как жить спокойно не дают.

- Дядь, я же тебя не первый день знаю, я тебе потом деньги отдавать буду, а ты брать не захочешь, и буду я за тобой бегать-уговаривать.

Оно мне надо? Я сама хочу это решить. Понимаешь? – доказывала свою правоту я.

- Сама-сама, - недовольно буркнул он, смотря поверх моей головы. – Много ты сама нарешала?

- Ничего, я уже всё продумала, - возможно слишком оптимистично заверила его я. – Я как вещь продам, деньги выведу. С крупной суммой на счету легче будет кредит взять.

- Уверена, что в игре действительно можно заработать? – покосился он на меня, не до конца доверяя моим словам.

– Игрушки созданы чтобы там деньги тратились, зарабатывают в них единицы.

- Если кто-то может, то и я смогу, - решительно уверила его я.

- Чем бы дитё не тешилось… - не стал договаривать известную пословицу он, закинув больше половины своего недоеденного мороженого в урну.

- Не переживай, - попыталась успокоить его я, доедая хвостик от сахарного рожка. – Всё будет ок.

- Чего мне переживать? – выпятил нижнюю губу он.

– Денег тебе всё равно не дали.

- Ну и ладно! – легкомысленно произнесла я, разглядывая крёстного повнимательней. – Дядь, ты сам, как поживаешь?

Выглядел он не очень хорошо. Несмотря на то, что он одет, как обычно, с иголочки, и пах каким-то умопомрачительным мужским парфюмом, чувствовалось, что вчера у него был очередной банкет или событие, где он изрядно подзаправился алкоголем. Красные глаза лихорадочно блестели, а под ними залегли глубокие тени.