Тоже люди

– Опасность, – ледяным тоном проговорил компьютер. – Связь прервана, центр настаивает на немедленном возвращении.

Эмиль не слушал. Его взгляд упал на странный вид – щербатую, всю в трещинах, скалу. В ее основании было отверстие почти правильной формы. Таких отверстий здесь было множество. Планетка когда-то, лет триста тому назад, активно разрабатывалась как рудник. Именно для этого она была поймана и отбуксирована сюда, в район Солнечной системы, и поставлена на самостоятельную круговую орбиту вокруг Солнца.

Тогда это был грандиозный проект. Еще лет пятьдесят назад некоторые выдвигали различные проекты использования этой ставшей ненужной в результате замены почти всех природных элементов синтезируемыми из света аналогами планетки. Но все эти проекты остались без внимания. Пока что здесь функционировал автоматический центр наблюдений и базировался маленький жилой городок, который совсем уже зачах. Бывали целые месяцы, когда в этом «городке» не было ни души. Даже вездесущие туристы не соблазнились С-28. Все хотели к лучезарным звездам или на старую добрую Землю, но уж ни за что не желали прозябать на сером нумерованном астероиде.

Но нестабильности гравитации тут никогда не было. Планетка была прекрасно отбалансирована, предел возможного изменения массы равнялся почти девяти десятым. Это Эмиль хорошо помнил, и еще он помнил, что отверстия по старой традиции делали круглыми. Стоп! Круглыми, а это было чуть вытянутым. Или показалось? Проверим.

Эмиль еще раз плавно развернул катер и медленно двинулся вперед.

Вот она, чуть вытянутая дыра, края из блеклого оксида какие-то подозрительные, как будто бы только что оплавленные.

Кажется, я нашел, – почти шепотом проговорил Эмиль. – Квадрат 32 78, передаю изображение поверхности.

– Немедленно назад! Вернитесь на базу! – звучало в наушниках.

– Возвращаюсь…

Эмиль начал плавно поднимать машину из пропасти. Очередной раз резко поменялась гравитация. Катер тряхнуло и потянуло вниз и почему-то вбок, как будто специально норовя прижать и протащить по неровностям стенки пропасти.

Терминал «взбесился» аварийными огнями в условиях нулевого запаса свободы, жалобно заскрежетала травмируемая обшивка.

Эмиль опять напрягся. Конечно, человек реагирует в миллион раз медленнее компьютера, но здесь играет большую роль интуиция – то самое «шестое чувство», которого нет у машины. Капитан снова вывел катер в почти вертикальное положение и дал самую малую скорость.