Ветер, кровь и серебро

— Эйн? — голос звучал спокойно, будто пленника не волновала уготованная ему лютая участь. — Зачем ты пришёл?

— Хочу тебя спасти, — зашептал он, склоняясь ещё ближе к чёрному провалу ямы. — Слушай. Я скину тебе жердь, выбирайся по ней, обернёшься, и как только я скажу — беги! Беги и не оглядывайся. Это не твоя вина и не твоя битва. Знаю, ты хотел помочь, а мы так с тобой… Как будто упырей хуже. Если можешь, прости моего отца. Для него Стая превыше всего.

— А для тебя…? — Вопрос ударил наотмашь.

А что важно для него? Чего он хочет? Сыну Вожака полагалось хотеть стать самым сильным, чтобы однажды бросить вызов отцу и занять его место.

Но это полагалось. Хотел ли Эйн стать новым Вожаком? Он давно задумывался об этом. И дал себе ответ: нет. Он желал другого. Но его желания больше не имели значения. Лис сказал: он должен стать жертвой, а не Олькс.

— А за меня уже решили духи, — было горько, и хотелось хотя бы так поделиться с кем-то перед смертью. — Я… я хотел бы быть как ты. Увидеть разные земли.

Свободно странствовать. Столько всего узнать. Но теперь готов стать жертвой и умереть ради спасения Стаи. И, думаю, это правильно.

На этот раз Олькс молчал дольше, о чём-то раздумывая. Так что, потеряв терпение, Эйн вновь окликнул его:

— Ну? Понял? Выбирайся и, когда я скажу…

— Я понял тебя, — прервал его ответный тихий голос. Почему-то он был радостным. — Но и я попрошу тебя кое о чём.

Не дослушав его, боясь, что промедление может остудить его решимость, или случится что-то, что может помешать, Эйн поднялся и толкнул лежащую рядом длинную жердь с набитыми поперечинами.

В несколько мгновений Олькс оказался рядом и вдруг притянул к себе, схватив за шею и проговорил, глядя прямо в глаза. Он широко улыбался, скаля острые, почти волчьи клыки, его голос отдавался довольным рыком.

— Я прошу тебя о том же, Эйн. Когда я скажу — беги. Беги так, как никогда не бегал.

А в следующее мгновение всё пришло в движение. На краю леса раздался низкий нарастающий вой, стволы закачались, как будто между ними уже не хватало места.

Упыри пришли ещё до того, как последние лучи солнца скрылись за горизонтом. И их действительно была Тьма.

Все, кто мог сражаться, собирались у крайних домов, там, где всё ещё торчали брёвна, вокруг которых взметнулось пламя костров, озарив жуткую картину, как под чёрной волной упыриного стада скрывалась луговая трава на холмах. Повинуясь крику Вожака, несколько воинов бросились было к яме, но они уже шли им навстречу сами.