Ветер, кровь и серебро

Возвращаться в деревню голышом было бы неудобно. Неожиданно в привычном шуме леса вокруг чуткие уши различили какой-то чужой, необычный звук. Чьи-то шаги. Будь он в человеческом обличии, не учуял бы, но сейчас мир был гораздо более ярким, наполненным запахами и звуками, рассказывающими Эйну гораздо больше. Он втянул воздух чёрным носом — и уже вскоре уловил: совсем немного дыма костра, пропотевшей одежды, кожи и ещё что-то, совсем не раскладывающееся на составляющие. А ещё травы и мокрая шерсть, сплетавшиеся в довольно привлекательный аромат.

Чужой. Один.

Он двигался по лесу правильно, не создавая лишнего шума, и всё же, походка не была уверенной настолько, как если бы он шёл знакомыми тропами. Неизвестный рыскал туда и сюда, иногда возвращался и вновь продвигался вперёд, сейчас приближаясь к убежищу Эйна по кривой. Ему не хотелось, чтобы его личное место обнаружили, и он решил встретить чужака на тропе. Тёмно-серый, почти чёрный крупный зверь поднялся и потрусил в сторону, откуда шёл звук и запах.

Они увидели друг друга одновременно. О! Первым чувством было удивление, и, видимо, оно было взаимным. Потому что из-под густого ельника вынырнул волк. Совершенно белый. Его шерсть казалась продолжением сгустившегося тумана, а с длинной тонкой морды смотрели чёрные, как самая тёмная ночь, глаза. И их взгляд был вполне осмысленным, да и нос подтверждал то же самое: оборотень. Эйн слышал, что далеко от них, едва ли не на другой границе Великого леса, встречаются волки необычного окраса.

По поверьям встреча с ними не сулила ничего хорошего, но верить досужим россказням обычно не стоило. Перемывающие друг другу кости от скуки могли и выдумывать всякое. Но вот ему, похоже, выпал шанс узнать о снежных, или, как их ещё называли, звёздных, волках побольше. Вот только в таком виде это было сложно сделать.

Общаться, будучи волком, можно было больше образами. Членораздельные короткие приказы отдавать мог Вожак, да некоторые старые волки ухитрялись более-менее внятно доносить до остальных сложные мысли.

Сам Эйн умел это делать едва-едва, но постарался, как мог, передать дружелюбие оборотню, замершему напротив. И даже, отбросив гордость, слегка махнул хвостом, что было, вообще говоря, не к лицу взрослому волку не по отношению к старшему или равному члену Стаи. Но сейчас было важнее показать, что он не опасен и хочет пообщаться.

Похоже, демонстрация убедила, и снежный даже удостоил его ответного взмаха пушистым хвостом. Значит, получится.