Рецепты Апиция. Зов чужих богов (II)

Угадайте, к кому они обратились за помощью?

Аппий Катон, тот самый капсарий, который помогал мне ранее, получил приказ легата и провёл операцию по моей методике. Анна тоже участвовала, но только как поддержка. Целителя не привлекали, к нему ещё пока присматриваются, не понимают, опасен ли. Не доверил ему трибун своё тело и душу.

Я об этом узнал только на очередном собрании командного состава с подведением итогов усмирения бунтовщиков. Этот трибун сиял не только счастливым лицом, но и двумя Сферами.

Самое любопытное, что именно он в о время сражения понёс самые большие потери.

Домициан объяснил это тем, что ему способностей не хватило. Не как тактику и командующему, а как одарённому. Мол, вторая Сфера ему нужнее всех, именно потому, что текущие его способности не слишком годятся для сражений, потому его результаты хуже, чем у остальных.

А то, что у него номен Помпей, и отец его был консулом, противостоящим Муциану на выборах, - не имеет значения.

Ага, речь про того самого Марка Помпея Камилла, которому наша когорта пришла на помощь.

На том же совещании был доложен план: мы здесь проведём месяц, подъедая городские запасы. Число едоков изрядно уменьшилось, так что теперь недостатка в провианте нет. Всё как и хотели бунтовщики.

За этот месяц колонна с добычей дойдёт до Рима, за две недели наберёт добровольцев и пойдёт за нами вдогонку. В принципе, я верю, что набор состоится, тут Домициан прав. Увидят трофеи и жадность привлечёт рекрутов. Правда, качество их вряд ли будет высоким. Новички не обкатанные, да ещё и нацеленные на грабёж.

Но опять же со мной не советовались. Я больше не вхож в кружок пьянствующих мажоров, где принимаются все важнейшие решения. Здесь, на совете, только ставят перед фактом да кивают, когда что-то предлагают.

На Домициана совершенно не держу зла. Я с самого первого момента нашего знакомства чего-то такого ожидал, ведь такова природа власти. Там, в Риме, задвинутый на задворки придворной жизни сын императора мог только мечтать о таком положении.

И вот теперь, вкусив абсолютной власти, обнажил свои стремления.

Тут дело вовсе не в интеллекте, каком-то особом складе ума или характера. Это вопрос целеполагания. Когда у него было мало ресурсов, его ходы не так явно отдавали капризной диктатурой, он прислушивался к советам. А вот теперь, когда мажоры из командного состава ловят каждое его слово, он может позволить себе больше вольностей. Наверное, с точки зрения управляемости легиона как системы, это хорошо.