Рецепты Апиция. Зов чужих богов (II)

Не тот тут контингент, чтобы из них могли получиться послушные воины. Как правило, судьба попавших сюда всем известна, и хороший товар не попадает в такие места.

Ну, условно говоря, если человек может работать в доме приличного хозяина, то, скорее всего, именно там он и окажется. Чтобы, скажем, умеющий писать и читать, здоровый мужчина оказался на рудниках? Шансы близки к нулю. А вот дезертир какой-нибудь, пойманный на разбое, - вот тот вполне годится для работы на каменоломнях. Главная проблема для продавца, что здесь за товар не выручить хороших денег.

Так что эти люди уже отстой из отстоя: непослушные, дерзкие, настоящие преступники-головорезы, тупые (или те, кого таковыми посчитали).

Уверен, что здесь должны быть и те, кому просто не повезло, кто и в самом деле достоин сочувствия. Но всё-таки большинство здесь - последняя шваль, которую приговорили к смерти, но позволили пожить чуть подольше. Их более удачливых коллег, скорее всего прирезали на арене, не дали помучиться. А тех, кто поздоровее сюда отправили по принципу, что с паршивой овцы - хоть шерсти клок.

Я уже видел много неприятных типов. Например, та банда дезертиров, которую мы вырезали в лесу. Видел я и трусов, которые не сгодятся для того, чтобы встать в первый ряд фаланги. У всех у них есть что-то неправильное в ауре, что-то вроде увечья, этакая гнильца. Не скажу, что могу однозначно определять, за что отвечает та или иная патология ауры, но в первом приближении способен отфильтровать однозначно негодных.

Естественно, всё это на уровне интуиции. Я ещё ни разу не видел идеальной ауры, у всех что-то да не так. Иногда это следствие недугов физических, иногда - душевных. Я пока не настолько крут, чтобы сортировать так запросто.

Всего я отобрал три сотни, от чего толстяк-управляющий схватился за сердце. Почти не притворно, по виду у него и в самом деле предынфарктное состояние случилось.

- Да расслабься ты. У меня просто взгляд... - я хотел сказать замылился, и сказал бы, если бы слово подобрал.

Но не знаю латинского аналога, потому сказал: - устал. Завтра утром закончим. Мазни этих мелом по волосам, а утром я закончу отбор. Скорее всего, больше половины тебе останутся.

Толстяк расслабился, но не слишком. Даже сотню работников потерять - и то много:

- Я их отдельно посажу. Уже темнеет, работать больше не будут, - управляющий отдал распоряжения, а мы отправились в палаточный лагерь.

Как же хорошо тут пахнет, после вони и пыли внизу, в карьере.