Наследник огня и пепла. Том II. Победитель и проигравший

“Убить их! Убить их!”. Но выполнять свой собственный призыв демоны-воины не торопились, по прежнему толпясь на своих местах. В общем, повели себя как черти. Я ж честно их авторитета один на один завалил! Ну, почти. но и он, знаете ли, не в моей весовой категории.

Я наконец добрел до относительно сухой земли. Сверху опустился Ректор и сказал нормальным голосом.

— Сеньор Магн, простите мне мою бестактность, но я отложу заслуженные поздравления на потом, сейчас нет времени. Скорее, хватайтесь, — он протянул мне конец веревки.

— Кажется декан Каас разобрался, как нам вернутся обратно в Университет. И мне потребуется ваша помощь. Немедленно.

Я вздохнул. С усилием смял венец в более компактную загогулину и засунул её в дыру в кирасе, и схватился за веревку. И тут же взмыл в воздух. Вот это был самый неприятный момент сегодняшнего дня. Сердце дернулось и замерло, захолодев. Я снова некрасиво выматерился на русском.

Оказывается, я боюсь высоты! Или, может, у меня нет доверия к сомнительным аттракционам без страховки, управляемым любителем дьявольски опасных экспериментов.

— "Абиля" ваш победный клич? Никогда такого не слышал. Кажется что-то похожее есть у горцев, — Ректор, разумеется, не на секунду не затыкался.

— К.. Куда? — попытался крикнуть я. Но вой ветра и постоянная тряска мне не дали этого сделать. Не как не получалось выговорить "ты меня несешь". Но Ректор проявил неожиданную проницательность.

— Видите вон тот камень, на котором сидел наш неожиданный противник? Декан Каас утверждает, что это артефакт, с помощью которого можно вернуться в наш мир.

Я не вполне понимаю его доводы, но в данный момент, как ни прискорбно, приходится отложить рассмотрения методологии на потом. Увы, я не могу перенести всю экспедицию к камню, зато камень, несомненно, можно столкнуть вниз, к экспедиции. Я заметил, ваши лечащие чары чрезвычайно эффективны в этом мире. Поэтому надеюсь что у вас хватит сил...

Подо мной, наконец, мелькнул каменный выступ. Не думая, я разжал руку и упал на такой твердый и такой родной каменный пол.

Перекатился пару раз, вскочило на ноги. Проверил, не вывалился ли Венец. И уставился на каменюку, служившую троном жертве лекарского произвола.

Глава 7. В жизни нет оваций

Задача сдвинуть немаленький полупрозрачный камень со своего места, показалась мне не самой выполнимой. Спорить было некогда, поэтому уцепившись за веревочную петлю я взмыл вверх. К счастью, попав наверх, я обнаружил, что этот “трон” какой-то импровизированный.