Путь мира

Оба корабля беспрепятственно и синхронно покинули космопорт Леи.

Великое Герцогство.

…День стремительно догорал. Последние лучи солнца касались хрусталя окон и гасли. Из окна было видно, как вышагивает смена дворцовой стражи и как садовники обрезают завядшие за день цветы и поливают клумбы из тонких распыляющих шлангов.

Великая Герцогиня сидела в своем кабинете и слушала краткий доклад секретаря о текущих событиях. Наконец тот закончил.

– Восстание, восстание, опять восстание, – задумчиво проговорила Великая Герцогиня, постукивая фломастером по полированной поверхности стола.

– Так точно, – секретарь вытряхнул из пластиковой папки несколько листов. – Не желаете ли ознакомиться со списком причастных к мятежу дворян, пока-что избежавших какого-либо наказания.

– Желаю, – Великая Герцогиня взяла лист и небрежно пробежала взглядом по строкам. Потом подняла глаза и спросила: – А главный мятежник, ну, герцог Сайлас Ганивер?

– Он схвачен, и его жена тоже.

– А его брат?

– Ему удалось скрыться. К сожалению, у него слишком много тайных сторонников. Бунт вот-вот вспыхнет. Чернь бурлит. В Котловине Черных Скал целый лагерь мятежников. В их руках половина военных катеров и два корабля, остального оружия не счесть, им можно вооружить всех плебеев планеты.

– Он не посмеет! – Великая Герцогиня смяла лист и бросила на стол. – Я – потомственная правительница по прямой линии и никаким Ганиверам со мной не сравниться. Он трус и слишком худороден для трона.

– Он – любимец толпы, миледи, и с этим ничего не поделаешь, – секретарь поклонился. – Столица в опасности. Не сегодня – завтра мятежники…

– Мятежники всегда были в чести у плебеев, – в задумчивости пробормотала Великая Герцогиня, не глядя на секретаря. – С каким удовольствием я казнила бы этого Ганивера. По ниточке, по капельке крови… – Она мечтательно закрыла глаза, красивое лицо ее приняло мстительное выражение. – Может быть вызвать корабли с пограничной орбиты для подавления восстания?

– Никак не возможно, миледи, – секретарь опять склонился.

– Ты прав. Что же делать? Не сегодня – завтра этот проклятый Семюэл Ганивер провозгласит себя Великим Герцогом, войдет в мою столицу, и плебеи будут орать приветствия и рукоплескать, когда он с помпой ступит на мрамор ступеней старинного Великогерцогского замка, – Великая Герцогиня нахмурилась.