Путь мира

Сам рассуди: сеанс связи у вас только сегодня вечером. Еще какое-то время ваши будут пытаться связаться по стерео, думая, что передачи прекращены из-за каких-нибудь космических помех. Только потом они решат наведаться сюда – а это минимум сутки, если корабли стартуют с Леи. Итого: более двух суток при самых благоприятных обстоятельствах. Ты же умный человек и хорошо понимаешь, что мы сделаем с тобой за это время.

Секретарь вдруг резко дернул землянина за ворот рубашки вниз и наручники затянулись еще на одно деление.

Лицо несчастного исказилось от боли, он вскрикнул и потерял сознание.

«Неженка, но упрямый, – с неудовольствием подумал секретарь, глядя на его бессильно поникшую голову. – Попробуем другой способ, тем более уродовать его пока не стоит. Во-первых, он нам нужен в нормальном состоянии, а во-вторых, эта сволочь чем-то очень приглянулась Флорене.»

Он сделал знак рукой, и солдаты освободили пленника от оков и усадили на стул.

– А теперь убирайтесь за дверь, – Секретарь кивнул головой в сторону выхода, – дальше я справлюсь без вашего присутствия.

Он расположился рядом с пленным и даже легонько похлопал его щеке, дожидаясь, пока тот придет в себя. Наконец, землянин открыл глаза.

– Вот и хорошо. – Секретарь широко улыбнулся. – Продолжим наш разговор, капитан. Вы видите, с вас даже сняли наручники. Обещаю, делать вам больно мы больше не будем. Вы мужественный человек, сэр, вижу, личных мучений вы не боитесь и своей жизнью готовы пожертвовать. Но ради кого? Ради каких-то черномазых мятежников, решивших свергнуть законную власть.

Никогда бы не подумал, что вы, высокопоставленный посланец могущественной сверхдержавы, окажетесь сочувствующим этим безродным негодяям.

– Ты тоже не очень то белый. – Землянин через силу улыбнулся. – А тебе никогда не приходило в голову, что убивать людей нехорошо?

– Шутить сейчас не время, – лицо секретаря стало совершенно серьезным и даже зловещим. – Наши требования не отменяются, но теперь подход будет совершенно другим.

Вас, капитан, мы мучать не будем, но не забывайте, у нас в плену все ваши товарищи. Среди них почти половина – милые и прекрасные женщины. Кожа у них еще нежнее, чем у вас, а нервы, нервы конечно совсем слабенькие. Сейчас вы еще даже отдаленно не представляете, как они будут звонко кричать и как жалобно смотреть на вас, покуда не умрут от боли и унижения. И так сначала одна, потом другая, потом третья… Начнем с самой симпатичной.