Великий князь

И уж точно отсутствовала необходимость скрывать от подданных лицо за полупрозрачными кисеями и общаться с окружающим миром исключительно посредством доверенных челядинок.

«Неудивительно, что сестра при каждой удобной возможности сбегает из женской половины дворца. Так. А это что за новость?!?».

Остановив Уголька у красного крыльца княжеского терема, Дмитрий мельком и вполне привычно просканировал окружающих на предмет необычных или слишком сильных эмоций — после чего изрядно удивился, почувствовав исходящий от встречающей его Авдотьи сердечный интерес.

Проверил еще раз, различив в ее эмоциях нотки почти незаметной влюбленности, удивился еще сильнее, только со знаком минус — и только после этого догадался оглянуться.

«Ага. Сотник постельничей стражи, Бутурлин, городовой боярин и наставник Аким. Остальные стоят дальше. Ну, и кто именно?..».

Увы, разгадать столь занятный ребус сходу не удалось — потому что от ворот, вместе с предупреждающими криками показался царский гонец и два его охранителя. Замызганная одежда, усталый вид, и особое выражение лица молчаливо свидетельствовали об особой важности доставленных им вестей.

«Надеюсь, все живы и здоровы, и отец не приготовил мне никакого спешного поручения…».

Хрустнув алой сургучной печатью с оттиском единорога, наследник в полной тишине вчитался в содержимое небольшой грамотки, украшеннойвесьма узнаваемой тугрой великого государя.

— Хм!

Стянув с пальца кольцо с мелким изумрудом, удельный тверской князь кинул его гонцу, одновременно с этим вливая капельку силы в потускневшие Узоры как самого вестника, так и его охранников.

Аккуратно свернул грамотку, вернул ее в тул, после чего едва заметно улыбнулся:

— Рига пала! Повелеваю устроить по сему поводу праздничное веселие!

Однако, хорошее настроение государя-наследника была вызвано вовсе не окончанием войны за Ливонское наследство. Тем более что это окончание было весьма условным — круль польский и король шведский наверняка имели по этому поводу свое особое мнение. Нет, просто отец посчитал его «производственную практику» вполне достаточной, в связи с чем и повелел любимому первенцу потихонечку готовиться к обратному переезду в Москву.

Причем выезжать сразу, как в Тверь прибудет новый наместник.

«Скоро мелких увижу!»

Улыбнувшись еще раз, но теперь уже своим мыслям, царевич покинул седло и зашагал по ступенькам вверх

«А все же интересно, кто тот несчастный, что умудрился похитить сердце моей служанки…».

[1] Золотое кольцо с драгоценным камнем в оправе.