Дело земли

Ощутив, что улица пуста, оттолкнулся от земли, немного помог себе рукой наверху стены — и мгновение спустя был уже в саду. Здесь тени лежали еще гуще, шорохи были еще громче.

Ах, господин Райко, хорошо спать сладким предутренним сном, положив в изголовье рукав той, что небезразлична тебе и которой небезразличен ты… хорошо быть молодым, хорошо быть живым и только собой. А с другой стороны, мир вообще хорош — и пока ты в нем есть, и когда тебя в нем уже нет.

Сэймэй проскользнул по мосткам через пруд, бесшумно поднялся на веранду и раздвинул сёдзи.

Райко, наверное, был воином и в прошлой жизни. Сэймэй, входя, увидел, как рука его незаметно — для обычного человека незаметно — скользнула под одежду, сложенную в головах.

— Это всего лишь я, — сказал гадатель. — Одевайтесь как можно быстрее, господин Минамото. Нет времени поднимать вашу храбрую четверку. Если повезет, мы перехватим нужного человека раньше, чем его труп подберут слуги Годзу-Тэнно.

Райко открыл глаза и тут стало ясно, что за оружие он схватился раньше, чем проснулся.

— Кто? — спросил он, не оборачиваясь.

— Старший конюший.

— Ах ты… — пробормотал Райко, влезая в хакама. — Я пройду через общие покои…

Ну да, там же обувь и оружие. Сэймэй кивнул и задвинул сёдзи.

Он не отсчитал и сорока ударов сердца, когда услышал, как хрустит под ногами Райко насыпанная на дорожки галька и потрескивают, ломаясь, стебли прошлогодних цветов.

Юноша был в простых черных штанах поверх ути-бакама [51] и в старой охотничьей стеганой куртке. Малый лук с колчаном уже торчали из-за его плеча, а рукава — чтобы не мешали стрелять — он подвязывал на бегу.

— Куда он пошел?

— Во дворец Хорикава-ин. Думаю, он уйдет оттуда. Не думаю, что он доберется до дому живым. Но убивать его будут люди.

Райко что-то прикинул в уме — очевидно, расстояние до дворца Великих Министров — и развернулся в северную сторону.

— Не успеем! — сказал он почти на бегу.

— Нам туда и не нужно, — Сэймэй перехватил его за перевязь колчана и показал на то место, где он перепрыгнул ограду. — Великий министр едва ли хочет, чтобы подозрение пало на него или его слуг. Не забывайте, — это было сказано уже возле стены, где Сэймэй подставил Райко руки «замком», — он делает все так, чтобы подозрение, — прыжок, подброс, — пало на его младшего брата.

Снова прыжок — Сэймэй оказался на стене рядом с Райко.