Хроники вечной жизни. Иезуит

День стоял сумрачный, пасмурный, и все, похоже, попрятались. Андреа подошел к воротам и постучал.

Дверь открылась, и из дома выглянула женщина лет тридцати с волосами цвета воронова крыла, на плечи был наброшен темный, с меховой оторочкой, плащ. Завидев священника, она накинула на голову капюшон и быстро пошла к воротам.

"Так вот ты какая, таинственная любовница, – усмехнулся про себя Андреа. – Хороша! Но почему она сама открывает дверь? Неужто у них нет прислуги?"

Женщина меж тем распахнула ворота и вопросительно взглянула на него.

– Здесь живет епископ Стефанио Надьо?

– Да, отец мой. Я его сестра.

Андреа ласково улыбнулся.

– Могу я с ним поговорить? Видите ли, синьора, я его друг по Римской коллегии. Меня зовут...

– О! – перебила она. – Стеффо будет очень рад. Проходите же, проходите.

Махнув рукой, она направилась к дому, на ходу объясняя:

– Его сейчас нет, но он вот-вот придет. Видите ли, мы сегодня уезжаем в Треви, уже и прислугу отпустили. Но он непременно с вами поговорит, Стефанио очень любит друзей по коллегии.

Как, вы сказали, ваше имя?

– Роберто Бантини, – ответил Андреа, поднимаясь за ней по ступенькам террасы. И тут же понял, какой промах допустил.

Лукреция резко обернулась.

– Как? – в ее глазах мелькнуло недоумение. – Я знаю отца Роберто, и вы совсем непохожи на...

Договорить она не успела. Мгновение – и Андреа, выхватив нож, вонзил его в грудь Лукреции. Она коротко вскрикнула и рухнула на ступени террасы. А он, оглядевшись, бросился бежать.

Стефанио и Марио подъезжали к дому.

– Не переживай, дорогой. Ну, пока рано в Академию, так поступишь через пару лет.

Мальчик грустно кивнул.

– Зато посмотри, какие хорошие книги дали. Поверь, ты многому по ним научишься. И вот здесь целый список заданий для тебя.

– Я все понимаю, дядюшка. Но попробовать стоило.

Отец ласково улыбнулся и потрепал его по волосам.

Отпустив повозку, Стефанио с удивлением воззрился на распахнутые ворота.

– Не пойму, вроде за нами еще не приехали? А вещи уже носят? Или что?

Марио недоуменно пожал плечами.

Они двинулись к дому и через секунду одновременно вскрикнули – в двух шагах от двери, на террасе, лежала Лукреция, в груди торчал нож. Ее платье и плащ насквозь пропитались липкой потемневшей кровью.

Стефанио бросился к ней, приподнял ее голову трясущимися руками.

– Родная! Что?! Что?!

Веки ее дрогнули, и она приоткрыла глаза. Слабая улыбка появилась на лице.

– Стеффо...

Губы скривились, она силилась что-то произнести. Наконец ей это удалось.