Хроники вечной жизни. Иезуит

Путешественники наслаждались спасительной прохладой, но Иштван не раз замечал, что капитан хмурится, поглядывая вокруг.

Однажды утром Иштван, как обычно, сидел на палубе и в который раз перечитывал взятую с собой книгу. Над рекой клубился туман, вокруг носились разноцветные бабочки, колибри и жуки, оглашая окрестности привычным гулом.

С кормы подошел Себастьян и, облокотившись о борт, тревожным взором оглядел тропический лес.

– Что-то не так, дон Гомеш? – спросил Иштван, оторвавшись от книги.

– Река слишком узкая, – мрачно ответил тот.

– При желании нас достанет даже прыгнувший с берега ягуар.

Словно в подтверждение его слов, среди деревьев мелькнула чья-то тень. В следующее мгновение воздух наполнился пронзительным свистом, и судно накрыли десятки выпущенных с берега стрел.

Дон Себастьян, захрипев, упал на палубу, снизу послышались крики раненых гребцов. Иштван почувствовал резкую боль в плече, неосторожно вскочил – и вторая стрела вонзилась ему прямо в грудь. Уже теряя сознание, он увидел, как от берега отделились несколько пирог, в которые на ходу прыгали полуголые индейцы.

***

Иштван очнулся от жужжания какого-то насекомого. Не открывая глаз, прислушался – издали доносился смех и оживленная болтовня, но слов разобрать он не смог. Сразу же вспомнилось все случившееся на корабле. Привычной качки священник не ощущал – значит, они уже на суше. Плечо почти не беспокоило, а вот в груди ощущалось слабое жжение, дышать было больно.

Рядом раздался стон, и Иштван, повернув голову, осторожно приоткрыл глаза.

Возле него лежал совершенно голый Себастьян, торс его в нескольких местах облепили огромные мясистые листья, привязанные лианами. Похоже, капитан был без сознания.

"Что это? Его связали или таким образом дикари лечат раны?"

Иштван огляделся. Они лежали в конусовидной хижине, построенной из тонких стволов деревьев, обтянутых шкурами, сквозь которые слабо пробивался солнечный свет. Под потолком назойливо жужжала огромная муха. Было душно, и очень хотелось пить.

Переведя взгляд вниз, Иштван обнаружил, что тоже лежит голышом, обмотанный листьями и лианами. Судя по тому, что они находились на плече и груди, это были лечебные накладки, а не путы. Он осторожно пошевелил руками – не связаны.

– Дон Гомеш, – шепотом позвал Иштван.

Капитан открыл глаза, медленно повернул голову и попытался улыбнуться.

– Святой отец, – с трудом проговорил он и закашлялся.

Вдали раздался взрыв смеха, а вслед за этим послышались шаги.