Теплая кровь. Том 1: Вторжение

 На все Ольгины призывы поехать наконец на линию фронта Бьорсон отвечал, что ещё не время и нужно как следует осмотреться. Осматривание (в основном, ассортимента выпивки в баре) проходило уже месяц. Ольге, чтобы не задушить проклятого норжца собственной бородой, приходилось чем-то себя занимать, и поэтому большую часть свободного времени девушка проводила на улицах и крышах разрушенного города с фотокамерой наперевес.     Где-то за дворцом залаяла собака, прогрохотал по улице старенький М-4, прозванный военными острословами «бойцовым индюком» за уродливые щитки, приваренные на механические ноги для защиты идущей за шагоходом пехоты.

Двухместный шагоход был изготовлен в Праме не меньше десяти лет назад, но до сих пор был грозной боевой единицей, особенно в городской застройке, где шагающая машина легко заходила в тыл неповоротливым панцерам(4). Ольга видела фотографии с результатами работы бронебойных 70-мм пушек, установленных по бокам корпуса «бойцового индюка». Результаты впечатляли. Для работы против пехоты и легко бронированных машин, М-4 располагал спаренным крупнокалиберным пулеметом, которым в минуту опасности управлял второй пилот шагохода. Пулемет, кстати, неплохо работал и против авиации, что уже успели почувствовать на своей шкуре вояки противника.  Сейчас пулемет, установленный над кабиной пилота, был мирно задран в зенит, а значит, никакой опасности в ближайшее время ничто не предвещало – система воздушной тревоги у защитников города была устроено хорошо. Секунду подумав, Ольга вскинула фотоаппарат и сделала несколько снимков шагохода на фоне израненного дворцового мрамора. На восьмом снимке мрамор начал желтеть, это означало, что пора менять балкон.     Вот уже три дня Ольга была одержима идеей сфотографировать закат над Асаньей. Закатное солнце делало израненный войной город ещё более больным, окрашивая мраморные стены и крыши домов в бледно-желтый цвет. Так желтеет кровь на гимнастёрках убитых солдат, которые, даже не стирая, передают молодняку из Республиканской Милиции. Желтый город под алым небом. Город, утративший белизну своих мраморных зданий, город, где каждый день льется кровь от бомбардировок и артиллерийских обстрелов противника. Город, утративший невинность. Художник, нарисовавший такое, имел все шансы стать знаменитым. Но Ольга не была художником, да и известности не желала. Сегодня у неё был только фотоаппарат и тяга к красоте. Оставалось поймать нужный ракурс.