Теплая кровь. Том 1: Вторжение

     Поднявшись на гору, пассажиры тут же почувствовали запах дыма, к которому примешивался аппетитный аромат жира и специй. Кажется, военные готовились к позднему ужину.

     Автомобиль остановился перед импровизированным КПП, состоявшим из переносного шлагбаума и стоявшего рядом склавийского броневика. Небритый мужчина в красном берете и суконной куртке рабочего потребовал назвать имя и звание.

     – Майор Альваро Хименес, начальник штаба бригады, – ответил офицер.

     – Пароль? – небритый страж шлагбаума оставался по-прежнему суров.

     – «Разум дан человеку не для слепого почитания, но для свершений, достойных Создателя» (2), – ответил майор, взглянув на наручные часы.

     – Проезжайте, – солдат отошел от автомобиля, потеряв интерес к пришельцам.

     Въехав в расположение республиканской милиции, автомобиль ещё некоторое время покрутился, объезжая многочисленные палатки и костры, пока наконец не остановился у длинного бревенчатого здания, которое венчал красно-золотой флаг Республики.

Хименес, выйдя сам, галантно отворил двери перед журналистами, водитель остался сидеть в машине.

     Внутри здание оказалось довольно тесным и неуютным. На заваленном сеном полу тут и там были разбросаны неаппетитные коричневые куски, а запах, старый и ядреный, подсказывал, что венчанное республиканским флагом здание в прошлом было простой овчарней.

Сейчас же в центре помещения стоял массивный, заваленный картами и папками стол, за которым задумчиво покусывала пустой мундштук худощавая женщина лет пятидесяти, одетая в такую же, как у Ольги, кожаную куртку шагоходца. Обернувшись на вошедших, она расплылась в улыбке.

     – Снорри? Наконец-то ты явился, старый бездельник. Я уже решила, что ты так и не начнешь заниматься делом! Подумать только, приехать в раздираемую войной страну и целыми днями пьянствовать в отеле! –  женщина порывисто встала и сделала несколько шагов по направлению к Бьорсону, обвиняюще тыча в него пальцем.

     Норжец только закатил глаза и грустно вздохнул.

     – Прекрати, Лаура. Мой фотограф и так готова проломить мне голову своей фотокамерой за тот месяц безделья, что я торчу здесь по твоей милости. Мы оба знаем, что ты пригрозила мне не высовываться из отеля под страхом изъятия аккредитационной визы.