Царь девяти драконов

— Оказывается, под водой он дает намного больше урожая, чем в сухой земле. А влага не плодит сорняк. Но сами злаки чувствуют себя в ней просто чудно! Хорош рис, а?

— Да, уж, — пробормотал охотник, — и вправду хорош.

— Главное, чтоб на вкус таким оказался, — вставила Абхе и пожала плечами.

— Надо уметь готовить, — подмигнул Кали.

Девушка вскинула брови:

— Не дура, научусь!

— О, да я ж в вас не сомневаюсь, земляки! — тот весело рассмеялся. — Давайте, эт самое, я провожу вас к цзы. А то чего эт мы стоим тут да лясы точим? Вы же ж устали небось с дороги, отдохнуть хотите.

— Спасибо, Кали, — кивнул Шанкар и протянул ему руку, — будем тебе очень благодарны.

Резкий порыв холодного ветра налетел на берег с реки. Абхе даже невольно поежилась и провела ладонями по оголенным плечам. Каран почувствовал, как неприятные мурашки побежали по коже.

Кали тупо уставился на протянутую руку. Едва заметная тень пробежала по добродушному лицу. Однако она так быстро исчезла, что охотник решил, что ему просто с устатку почудилось.

— Э-э-э... — протянул земляк, — тут так тоже не принято.

Шанкар непонимающе воззрился на него:

— Что не принято? Здороваться?

— Да нет же! — расхохотался Кали. Неловкость полностью прошла. — Эт самое... Руки жать не принято.

— А как же здесь здороваются? — полюбопытствовал Каран. Дрожь под жарким солнцем начала проходить.

— Кланяются тут, — пояснил земляк, — вот так.

И продемонстрировал, отвесив поклон.

— Только помните, друзья, — Кали выпрямился, — не смотрите старшим выше подбородка, коль те не разрешат. Это за непочтение здесь считают.

— Хорошо, — кивнул охотник.

— И не кланяйтесь ниже пояса, это оскорбление.

— Оскорбление чего? — хмыкнула Абхе. — Чужих ремней?

— Нет, — невозмутимо ответил Кали, — самих себя. Собственное достоинство тут чтят не меньше чужого.

— Мы запомним это, спасибо тебе, — поблагодарил Шанкар.

— Да не за что! — отмахнулся земляк и сделал приглашающий жест, — идемте. Деревня на вершине холма.

Селение и вправду расположилось наверху довольно широкого холма, склоны которого поросли зеленой травой. От берега Матери вод вела узкая тропа прямо к деревне. С того места, где сейчас находился Шанкар, ему трудно было рассмотреть дома местных жителей. Однако соломенные крыши ярко выделялись в свете дня. Вдалеке раздавался истошный крик петуха.