Царь девяти драконов

— Старосту тут называют цзы, — голос мальчика окреп.

Шанкар потрепал его по голове:

— Верно. Снова познаешь мир?

Каран натянуто улыбнулся:

— Пытаюсь, — а затем взглянул на Абхе, — давай останемся. Если не понравится, уйдем. Но нам и правда надо отдохнуть.

Девушка шумно вздохнула:

— Ладно-ладно, но я вас предупреждала.

Шанкар ободряюще улыбнулся:

— Все будет хорошо.

— Да-да, конечно.

В последней фразе Абхе сквозило явное недоверие, но Шанкар постарался не обращать на него внимания.

Они стали неспешно продвигаться вперед.

Ноги в полуразвалившейся обуви шаркали по грунтовой земле, поднимая в воздух клочки пыли. Хижины, стоявшие по левую сторону, пребывали в полной тишине. Их задние стены подходили едва ли не вплотную к краю холма. За хибарами же через дорогу виднелись небольшие возделанные участки, поросшие бобами и фасолью. Из окон некоторых домов валил густой дым. Увидев его, Абхе и Шанкар молча переглянулись. Только сейчас они заметили, что в крышах местных хижин нет вытяжки.

— Богиня-мать, да это же дикость, — прошептала девушка, прислушиваясь к звукам перестановки посуды.

— Мда, — поддакнул охотник, — вправду странно.

— В здешних домах дышать же нечем! Слишком много странного, не находишь?

— Мы же договорились...

— Договорились-договорились, — пробурчала Абхе.

Она никогда не отличалась покладистым нравом. Шанкар вспомнил, как пытался отобрать у нее собственный кинжал во время битвы и про себя усмехнулся. Да, с дочерью старосты шутки плохи, особенно когда та не в духе. Сейчас же Абхе и вовсе была раздражена от усталости.

Кудахтанье кур и визг свиней стали отчетливей, однако животные пока на глаза не попадались. Видимо, их держали в западной части деревни, чтобы те ненароком не забрели в хозяйские огороды да не разворотили все бобы.

Людей, на удивление, тоже не было видно, если не считать звуков возни на кухне, доносившихся из некоторых домов.

— В поле, наверное, — озвучил за всех догадку Шанкар.

— Угум, — угрюмо молвила Абхе, — сажают сорняки в грязь.

— Рис.

— О, Богиня-мать, да все равно.

— Шанди.

Девушка закатила глаза и уже хотела взорваться гневной тирадой, однако охотник прервал ее:

— Мы на чужой земле, в чужом селении. Давай уважать их обычаи, если хотим здесь задержаться.

— А, может, я не хочу здесь задерживаться?!

— Тихо!

— Не ори на меня! — огрызнулась Абхе, однако тон сбавила. — Прости. Я просто... мне не нравится здесь и... — она вздохнула, — я устала.

Шанкар улыбнулся:

— Ничего. Я тоже. Но мы уже здесь.