Царь девяти драконов

Многим с трудом удавалось сохранять самообладание. Воинам казалось, что это сами демоны пришли по их души и готовы забрать в загробный мир. И только волевая спина командира да его пример не позволили войску поддаться панике. Тот продолжал всматриваться в туман. Его будто совсем не трогали леденящие душу крики. Медленно, словно во сне, Фу достал из-за пояса меч. Но дремы не было ни в одном глазу. А уверенность прослеживалась в каждом жесте.

На холме впереди мелькнула точка. Затем еще одна. И еще. Скоро их было с десяток.

И они стремительно приближались.

— Справа! — раздался крик одного из бойцов, с трудом прорвавшийся сквозь оглушительный вой.

— Сзади! — завторил соратник.

— Мы окружены!

Ряды дрогнули, но в этот миг Фу взревел, используя всю силу могучих легких:

— Стоять на месте! Во славу Шанди и Лаоху!

Они уже не были непонятными точками. Они давно превратились в людей, свирепый и дикий вой которых смешался в единый ужасающий гул. Они неслись на ряды воинов Фу со всех сторон, с вершин холмов.

Отсюда, из низины, казалось, что врагам нет конца. А их заточенные мечи скоро соберут свою кровавую жатву.

Воин со шрамами остался на месте. Он чувствовал, что лишь собственная уверенность не дает его войску броситься наутек. Пронзительный взгляд смело наблюдал за тем, как противник стремительно приближается. Окружает со всех сторон. А их вой продолжает леденить душу. Готов затмить разум в тот момент, когда ясная голова нужна, как никогда.

— Ждите! — проревел Фу, продолжая держать руку поднятой.

— Ждите!

Бойцы послушались. Их сердца отчаянно колотились, а расширенные от страха зрачки уже видели знамена неприятеля. Они рассекали воздух на бегу. Хлопала ткань, но ее не было слышно из-за воя и криков. Облик молочной змеи на холсте бросался в глаза. И только Фу не позволил войску поддаться страху.

Военачальник стоял на месте с поднятой рукой и внимательно следил за тем, что происходит.

«Ближе... ближе... ближе...».

Он уже видел плотные кожаные доспехи. Сверкающие безумием глаза.

Оскалы на загорелых лицах. Смертоносную бронзу клинков. Когда враг приблизился на расстояние двадцати шагов, Фу резко опустил руку и отступил назад.

— Сейчас!

Передние ряды тут же рванули вниз и подняли из травы длинные копья. Тускло сверкнули наконечники. Через секунду первые из атакующих налетели на острую бронзу. Предсмертные крики потонули во всеобщем вое и гуле. Миг, и задние ряды заработали гэ[2], сбивая обмякшие тела с наконечников копий.