Царь девяти драконов

Он был так поглощен созерцанием неизвестного, что напрочь позабыл о холоде. В этот момент пасть существа раскрылась, демонстрируя ряды острых, как кинжалы, зубов. Из нее повалил пар. Послышалось шипение, напоминавшее змеиное. Только более громкое и приглушенное. Воздух затрещал от мороза.

— Нань Юн... — промямлил бортник, но тот не шелохнулся.

Старейшина пребывал в полном шоке. Даже когда в пасти существа зарделось непонятное свечение, он не смог сдвинуться с места и завороженно смотрел на него. Как то становится все ярче.

Взгляд существа продолжал пронизывать насквозь.

Внезапно округу разорвал истошный крик. Он заставил Джена сбросить оцепенение. Как ни был тот поражен увиденным... как ни оказался скован по рукам и ногам колющим холодом... этот крик словно обухом ударил по голове. Сердце зашлось в бешеном ритме. Он узнал... узнал голос.

— Аи, — прошептали потрескавшиеся губы.

В этом вопле маленькой девочки было столько боли и отчаяния, что бортник напрочь позабыл о невиданном существе. Он резко развернулся.

Окоченевшие ноги плохо слушались, и Джен едва не растянулся прямо на берегу, но чудом сумел сохранить равновесие. Шатаясь, словно пьяный, кинулся обратно в деревушку. Изо рта вырывалось горячее дыхание, превращаясь в пар. В висках пульсировала кровь, которая с трудом доходила до онемевших пальцев. Но Джен не обращал ни на что внимания. Он никогда не слышал столь отчаянного детского крика.

— Аи!

Из селения донеслись вопли ужаса. Они смешались в единый гул, в котором сквозили страх и боль.

Волосы Джена встали дыбом. Он продолжал бежать на одеревеневших ногах. Разум отказывался понимать, что происходит. Осталось лишь желание — помочь Аи. Поэтому бортник не оборачивался, смотрел перед собой. И не видел, как голова на длинной шее нависла над старейшиной.

Юн не мог оторвать зачарованного взора от существа. Он уже почти не чувствовал тела, скованного морозом. Словно кролик перед питоном, нань смотрел в эти ледяные глаза и на холодное дыхание из разверзшейся пасти. Треск в воздухе нарастал.

С полностью онемевших губ сорвался едва различимый шепот:

— О, духи, что же это такое?

Старейшина не слышал криков позади себя. И не попытался даже шевельнуться, когда мощная струя окатила его с ног до головы, превращая в ледяную статую...

Добравшись до первых дворов, стоявших полукругом на небольшой поляне, Джен резко остановился, словно налетел на невидимую стену. Сердце на секунду перестало биться... чтобы потом громко удариться о ребра.