Настоящая семья

Вернулся Колин, неся в руках чудовищного размера расхлябанные сапоги и дырявые грязные ботинки.

- Вот, - выдохнул он, - мисс Мона одолжила. Больше ничего нет.

- Очень хорошо, - ответила я ему благодарно, - нужно будет соорудить портянки и можно отправляться.

- Портянки? - изумился он. - Ты будешь носить портянки?

Я пожала плечами.

- А иначе мы собьем ноги. Не в этом же в лес идти, - мы вместе посмотрели на мои изящные туфельки из тонкой мягкой кожи. - Да и у тебя обувь не для походов.

Честно говоря, о том, как наматывать портянки, я знала чисто в теории - из книг и фильмов. Но не боги горшки обжигают, и мы уселись осваивать это на практике.

Отыскав в куче отложенного тряпья наиболее подходящее, я разорвала его на длинные полоски и объяснила Колину примерно, что нужно делать.

Первые наши неуклюжие попытки вызывали у нас сначала сдавленный, а потом уже и безудержный смех. Я впервые увидела Колина улыбающимся. Напряжение, владевшее им до сих пор, отпустило его.

С улыбкой мальчишка оказался очень обаятельным и симпатичным. Наверное, его отец был красавцем. Надо сказать, что все дети были похожи между собой и почти нисколько на меня. Ну, то есть на свою мать - насколько я смогла разглядеть себя в мутном стекле окна.

Наконец, наши попытки забинтовать ноги в плотный кокон увенчались успехом - можно было не бояться мозолей.

Я повязала на голову свою теплую шаль - она покрыла меня почти до колен, как пальто с капюшоном. Колин надел курточку и шапку.

Мы были готовы.

- Бери корзины, - кивнула я, - давай поторапливаться.

- Ты меня очень удивляешь, - тихо сказал мальчик, когда мы уже шли по проселочной дороге к лесу, - просто, как другой человек.

Я предпочла промолчать.

В лесу было заметно прохладней, чем в деревне, и мы поёжились. Было сыро и кое-где еще лежал снег - не до конца стаял.

- Не может быть, чтобы мы нашли здесь какую-нибудь еду, - недоверчиво сказал Колин, оглядываясь по сторонам.

А я уже увидела первую цель и устремилась за добычей - среди лесного сумрака куст дикого шиповника со сморщенными ягодами выглядел почти празднично.

- Что это? - недоуменно сорвал непонятную ягоду Колин, - осторожно попробовав ее на вкус, он выплюнул и категорически заявил, - это же нельзя есть, мам.

- Можно-можно, давай собирай, - подтолкнула я его мягко, - это очень ценная находка. Кроме того, мы не будем это есть, мы будем это пить.