Пробуждение Мёртвых Богов

Поскольку если каждый из них сейчас примет моё предложение, то денег расплатиться мне, конечно, хватит, но это будут фактически последние мои деньги, а оставаться на мели мне совершенно бы не хотелось.

Итак, колесо завертелось, теперь мне следовало собрать свою команду, которая поможет в осуществлении планов. Кто должен войти в такую команду? Если проводить аналогии с государственным устройством XXI века, а меня принять за президента, то мне нужны: министр торговли – тут даже говорить не о чем, у меня есть Марина, которая отлично ведёт это дело, и которой я доверяю целиком и полностью.

Далее – министры финансов, сельского хозяйства, и обороны. Оборона, это, безусловно, Кастул, а вот финансиста и агронома необходимо найти. Позднее будет нужен ещё архитектор-инженер, который займётся укреплением острова. Но пока это может подождать.

А вот что необходимо организовать прямо сейчас – это личная охрана. Не просто воины-рубаки, а говоря забытыми терминами – секьюрити. Только что я обратил против себя сразу ряд влиятельных римлян.

Думаю, что по мере приближения к цели, количество желающих моей смерти будет лишь увеличиваться, так что мне понадобятся те, на кого я могу полностью положиться в вопросах безопасности.

* * *

Однако дела шли не так хорошо, как мне хотелось. Местные олигархи не спешили расставаться с землёй, и в качестве меры противодействия демпингу цен, устроенному мной, они выставили свои связи в Сенате.

В этом времени отношение к торговцам было весьма предвзятым.

Такие специалисты считались людьми второго сорта, а аристократия, даже будучи в крайне бедственном положении, всё равно стояла выше и могла диктовать условия, в которых имели право вести дела купцы. Сделав себе документы в Эмерита Августа у местного чиновника, я лишь обозначил легальность своего пребывания здесь.

Как я успел теперь выяснить, римское гражданство давно утратило свой особый статус и уже пару столетий его выдавали практически всем подряд. Именно поэтому я и смог так легко его сделать.

Однако местный чиновник провинциального региона не сделал меня, конечно же, патрицием. Для современного общества я оставался плебеем, сколотившим состояние на купле-продаже, и такого грех было не обложить дополнительными налогами, ограничениями и прочими видами поборов и препятствий.

До сих пор мне удавалось договариваться с власть имущими к нашей общей выгоде, однако сейчас, когда я показал зубы, мне продемонстрировали их в ответ.