Пробуждение Мёртвых Богов

Пошли гонца в порт, если капитан ещё в городе, пусть срочно готовит корабль. Если нет – скажи, чтобы сразу нашли нам новый.

Надев рубашку, я побежал вниз, на ходу подпоясываясь. Все, кто находился сейчас в доме, уже были на ногах. Времени в обрез, надо было срочно организовать перенос золота в порт, но делать это стоило только вместе с солдатами. Дерьмо, дерьмо! Я продолжал мысленно ругаться, скрипя зубами. Надо же было этому случится сейчас, когда всё только начало налаживаться. Поймав одного из слуг, я велел ему собрать всех вместе с семьями и самыми необходимыми вещами во дворе.

– Не тащите ничего лишнего, иначе останетесь со своим барахлом тут, ясно? – прикрикнул я на него.

Парень испуганно закивал и побежал прочь. Едва он скрылся, навстречу мне выбежал Агенор с несколькими солдатами, уже в боевом облачении.

– Срочно собирай всех ребят, через четверть часа чтобы все были готовы, – распорядился я, – и, Агенор, пусть берут семьи с собой, мы никого из своих тут не бросаем.

Опцион бросил на меня благодарный взгляд, коротко кивнул и побежал выполнять поручение.

Я вернулся в дом. Марина тем временем, уже собирала вещи и распоряжалась сборами, раздавая указания. Я же направился в комнату, где хранилось моё военное обмундирование, чтобы переодеться. Меня била нервная дрожь. Когда я пытался завязать шнуровку, пальцы с трудом слушались. Я понимал, что скорее всего нам придётся столкнуться со свевами в бою, и от выбрасываемого в кровь адреналина с трудом мог контролировать своё тело.

Мне было страшно. Несмотря на все тренировки, я начинал понимать, что главный мой подвиг сегодня – унять дрожь, выйти к своим людям и сказать им хоть несколько напутственных слов. Но даже это казалось сейчас невыполнимой задачей, хотелось всё бросить и бежать как можно дальше.

Кое-как справившись с застёжками, я вышел в гостиную, налил себе вина и выпил почти залпом. По телу разлилось приятное тепло, часть внутренних зажимов словно отпустило. Я немедленно налил ещё и снова выпил, уже медленнее.

Алкоголь стал ударять в голову. Решив, что с меня, пожалуй, довольно, я подхватил свой скутум и шлем, после чего вышел во двор, где меня уже ждала моя гвардия со своими жёнами и детьми, которые испуганно жались друг к другу и к своим мужьям. Я вдруг понял всю глупость ситуации, в которой буду требовать спасти своё золото, в то время как на кону будут стоять жизни этих людей.

Завидев меня, солдаты, тем не менее, выбежали вперёд и построились в две шеренги.