Пророчество Последнего Дракона

Медленные, размерные шаги становились всё ближе, а Катарина всё ещё нечётка могла разглядеть что-то перед собой, ощутив себя в мире покинутых надежд. В последний момент замечает, как рука монстра медленно становится всё тоньше и тоньше, пропадал силуэт когтистой лапы, образовываясь во что-то похожее на меч. Он не намеревался съесть девушку, полакомится столь редкой для них кровью, а действовал с явным намерением убить.

Когда оно замахнулось, Катарина зажмурилась, расслышав лишь оглушительный лязг металла и жуткое, эхом разнесённое шипение и рычание.

Кто-то, кто стоял над девушкой быстро отрубил монстру руку, а вскоре и отсёк голову. К отброшенному телу быстро прибежали, поджигая, а спаситель Катарины помог ей подняться.

- Ты в порядке?

- Вро, – кашлянула она, – вроде. Спасибо. – Протянула она руку для рукопожатия, когда к ним уже приближалась Мия в компании ещё двух девушек. – Мия. – Катарина тут же загребла в охапку подругу, прижав к себе.

- Я в порядке.

К нам подоспела подмога. – В каждом её слово можно было расслышать благодарность и уважение.

- А мы не сразу поняли, что произошло. – Подошёл парнишка, который поджог тело рейфора.

Пока Мия продолжала знакомиться с членами других Гильдий, Катарина оглянулась на дом, в который намеревался войти рейфор.

- Такие записи нельзя оставлять. – Вспомнила она недавний разговор с Мией.

Завершив перенос книг в цитадель, Катарина приняла жуткое для себя решение, стать воровкой.

Спрятала шкатулку с записями в свою дорожную сумку, а повреждённые книги, среди которых пряталась шкатулка, сожгла.

Уже наутро, девушкам пришли точные указания, от архивариуса которые книги нужно переписать, ведь проверил он их ещё во время переноса. Пытаясь не задумываться о спрятанном в дорожной сумке, Катарина часто отвлекалась, из-за чего не редко получала нагоняй от Мии, пока их не решил навестить глава деревни. Он мало что объяснил, лишь попросил проследовать за ним.

В одном из каменных домов, мужчина привёл их к старой, лежащей неподвижно в кровати женщине. Сладковатый привкус смерти был будто предзнаменованием приближения Ворона.

- Мама. – Подошёл он, присев на стул рядом с кроватью и ласково коснувшись её руки. – Я привёл их. – Женщина с трудом раскрыла белые глаза, смотря куда-то сквозь девушек. – Моя мать ослепла, когда ей исполнилось шестьдесят. Рейфор лишил её зрения.