Пророчество Последнего Дракона

Используя своё окружение, она хотела заставить противника поверить, что у него преимущество, в конечном итоге оказавшись в шаге от него и одним точным ударом в сердце остановить его.

Пару шагов назад, и она упёрлась спиной в спину Эсфирь, всё ещё наблюдая за надвигающимся противником.

- Это не рейфоры.

- Я заметила.

Талиса уже готовилась снова подойти к своему поверженному, как раздался протяжной крик Эсфирь, заставив её тут же обернуться. Закатанные глаза и струйка крови прокатилась по губам оторванной головы Вале́риана.

Голова вмиг опустела, бросало то в жар, то в холод, беглый взгляд Талисы приметил приближение ещё одного монстра который готовился напасть на Эсфирь.

Напряжение в мышцах росло, перед ней осталась лишь заплаканное лицо подруги и её сгорбленная спина перед капитаном ночной стражи. Она сорвалась с места, поймав удар кинжала своим телом, и не теряя ни секунды она моментально отрубила голову противника, развернувшись на ходу.

Окружающие их тела монстров распластались по земле, Талиса прижала плечо рукой, подойдя к подруге и присев рядом.

- Нужно идти. Тут не безопасно. – Эсфирь в последний раз шмыгнула носом, повернувшись к Талисе. – Надо забрать тело.

- Да. – Эсфирь тут же заметила кровоточащее плечо своего полковника, потянувшись, но Талиса моментально схватила её за кисть.

- Помоги Гидеону. А я подожгу тела.

- Нет. – Уверенно произнесла она, поднимаясь во весь рост. – Ты иди на корабль, а мы тут справимся.

Кровавые линии на горизонте рассветного солнца предвещали приближающееся караул.

Тело Вале́риана не переживёт такой поездки, либо караул будет проведён прямо сейчас, а после соберут его пепел и отнесут обратно, либо оставят всё как есть.

Судорожным движением руки Талиса хотела избавиться от ноющей боли и сесть на лошадь, но не, чтобы добраться до порта, а, чтобы вернуться, и на этот раз очевидно начать войну. Во рту пересохло, когда ей попался труп одного из нападающих, боль в груди от биения бешеного сердца становилось всё отчётливее, когда она решила подойти ближе.

Дёрнув край маски, лицо уже умершего стремительно загорелось от ярких лучей солнца, как и остальные. Талиса развернулась к Эсфирь, слёзы солёными жемчужинами застыли на её щеках. Уже от одного вида того, как ближайшей подруги сделали больно челюсть начало кривить и болеть от сильно сжатых зубов.

- Не смей! – Крикнула Эсфирь стоило ей запрыгнуть на лошадь. Она тут же перегородила ей путь.

- Ты поступаешь не честно.