Пророчество Последнего Дракона

Было желание немного ощутить трение между ними, даже если только в одежде и только на коне, но было бы это в разы хуже.

Сдобрив и второго коня сахарком, начала выводить их на улицу, пока вдруг Алмаз не заржал, пятясь обратно к стойлу. Она начала успокаивающе гладить его, как и второго подводя их ближе к Ксандру. В какой-то момент, второй конь начал стоять на месте, словно он боялся приблизиться к ночи, пока Катарина не решила обернуться.

- Они бояться тебя. – Удостоверилась она, пристально наблюдая за ним.

- Подмечаешь очевидные вещи.

– Забрав повод ко второму, он медленно начал продвигаться к нему, вытащив из кармана яблоко.

Конь с опаской подходил ближе, вырвав яблоко из рук Ксандра и с хрустом поглощая подаренную еду.

- Так-то лучше. – Расслышав его усмешку в груди что-то вспыхнуло, и Катарина стала теряться в этих чувствах. – Ну, ты готова?

- Да-да. – Встряхнула она головой, залезая на Алмаза и собираясь пустить его в путь, как от дерева у ворот отделилась тень. – Ты издеваешься? – Недовольно протянула она.

- Слезай с коня. – Твёрдо произнёс Ра́мси, подставив лицо лучам луны.

- Не тебе решать, что мне делать. Дай пройти. – Двинулась ближе к воротам, но Ра́мси снова перегородил дорогу.

- Ты хочешь, чтобы тебя обвинили в дезертирстве?

- Нет. – Вдохнув по больше воздуха. – Именно поэтому я оставила записку в своей комнате. Ты ведь понимаешь, что моего отца не могли так просто убить.

- Кэт, пожалуйста. Слезай с коня и возвращайся в свою комнату. Его похоронили.

- Похоронили лишь его имя.

– Прервала она друга, заставив Алмаза сделать ещё один шаг. – Я уже похоронила имя брата. Отца таким образом похоронить не позволю. И если ты не хочешь, или не можешь меня понять, нам не о чем говорить.

Пустив коня в путь, Алмаз задел плечо Ра́мси, откинув его с дороги. Под ярким светом луны, не обращая внимание следует за ней Ксандр или нет, они с Алмазом словно стали единым целым. Пока он бежал галопом, Катарина ощущала каждое его прикосновение к земле, каждый поток ветра, врывающийся между волосами.

Особо холодный, весенний порыв ветра ворвался под рубаху, холод пробежался по позвоночнику и в воспоминаниях вновь вспыхнул дом Фриды. Руки дрожали неестественно сильно, голова ходила кру́гом, а в груди у неё была дыра. Сердце ушло куда-то в пятки, когда перед ними показался обрыв. Ксандр что-то кричал ей вслед, но ни одно слово она не могла разобрать. Да и не было желания. Перед ними обрыв, и она намеревалась перепрыгнуть его вместе с Алмазом.