Притворная дама его величества

 

— Протри столы, лавки, там вон с ночи осталось. Так не ототрешь, ведро возьми.

Никогда в жизни я не боялась труда и никогда не осуждала тех, кто честно зарабатывает себе на хлеб. Неважно, каким путем — убирая общественный туалет или снимая видео про косметику. Находятся те, кто готов за это платить? Нет вопросов. Но никогда в жизни я не подозревала, что тяжелее тюков с уродливой одеждой из дешевой синтетики.

Я говорила себе: это работа. И старалась не смотреть, что именно за пятно я оттираю. Это делают уборщицы и санитарки, я ничем не лучше их, разве что умнее и успешнее.

Но где теперь мой ум и успех? И на секунду я даже подумала, не лучше ли мне согласиться на королевский двор?

Нет, не лучше. Это сейчас, когда я пытаюсь оттереть отвратительные следы со скамейки и пола, мне кажется, что альтернатива не хуже. Очень скоро я изменю свое мнение, когда окажется, что я завишу не только от честности того, кто мне платит, но и от умения врача. Я макала тряпку, которой мало что могло помочь, в омерзительную уже воду, выжимала ее, оттирала грязь снова.

Тело болело — эта девица не привыкла к такому труду, и руки ломило от ледяной воды. Но хотя бы ноги немного отошли от вчерашней пытки.

— Ну, расстаралась, — услышала я голос хозяйки. — Сегодня же снова так же будет. Иди-ка поешь. Что, к отцу передумала ехать?

Я не успела сообразить, что ответить, как она продолжила:

— Оно и правильно, снегопад, зверье попряталось, так и не доедешь еще, сожрут, — непонятно сказала она, и я отнесла ее предупреждение на счет тех странных тварей.

— Иди ешь.

Стакан теплого молока и половина краюхи хлеба. Я приказала себе не думать, в чем измазаны мои руки, но увидела в углу рукомойник. Моему счастью не было предела — хоть немного гигиены, и меня тянуло переодеться, принять ванну, расчесать волосы. Не здесь, но в замке. Дойду ли я до него?

Трактир просыпался. Мне нужно было спешить. Хлопнула дверь, кто-то явился, еще немного — и времени у меня совсем не останется.

Я отставила кружку, подняла голову и встретилась взглядом с молодым мужчиной.

Он стоял возле двери, растерянно оглядываясь, словно впервые в жизни очутился в такой помойке, и я сочувственно улыбнулась. Или скрыла под сочувствием некоторую издевку: местная одежда уродовала людей, и если женщины еще смотрелись в обезображивающих тела платьях, то мужчин придурь законодателей моды не пощадила. Что есть слово «красота»? Сегодня монобровь, завтра ниточка. Сегодня плоский зад, завтра гусиная попа.